И он замахнулся на духа шестом. Ангел, прищурясь на длинную палку, сделал быстрое круговое движение голубыми глазами. Шест, выкрутив Зацепину руки, вырвался, взмыл высоко в небо и, описав большую дугу, упал в джунгли. Зацепин проследил полет взглядом, огорчился: как же он управится с плотом без шеста? Копии, наверное, уловили его беспокойство и, толкаясь, бросились в заросли на поиски.
– Уразумей, что я подчиняюсь и выслушиваю твои грубости только потому, что люблю тебя, – прокомментировал штуку с шестом ангел. – Мои силы движут небесными сферами, и уж поверь, их достанет, чтобы настоять на своем. Смирись: я всегда буду рядом, куда бы ты ни направился.
«Он не уходит. Что делать?» – тиснул спиритограмму демону Зацепин.
«Обругай его», – пришел неожиданный совет.
«Как обругать?»
«Как можно крепче. От всей души!» – В голосе демона прозвучала довольная нотка, ведь ему удалось скаламбурить.
Но душа Зацепина упорно отказывалась понимать.
«Только тогда он отвяжется от тебя. Не выносит их порода крепкого слова», – разжевывал След.
«Да я двадцать пять лет не ругался. Я – монах! Самое грубое слово на языке у меня „черт“, да и его грехом почитаю».
«Нет, черт – слабовато, вполне приличное слово, – заметил демон. – А ты забудь, что ты монах».
«А кто же я?»
«Ты – разведчик! Солдат. Солдафон. Жандарм. Ке-Ге-Бешник. Скалозуб! – След недавно прочитал комедию „Горе от ума“ русского писателя Грибоедова и находился под впечатлением. – А ну-ка, загни в три этажа!»
«Говорю, язык не повернется у меня такую пакость произносить! Да и забыл я уже все!»
«А я подскажу. Бери пример с твоих друзей Круглова, Непейводы…»
«Не знаю я этих людей!» – Разведчик был начеку.
«Ладно, не важно сейчас. Так вот они за крепким словом в карман не лезут. Очень они любят маму вспоминать. Вот, послушай…»
И След принялся отпускать такие забористые выражения, что монаху захотелось провалиться сквозь землю от стыда. «Неужели и я когда-то мог, как Круглов и Непейвода, так сквернословить? Да, конечно, мог, я ведь был плоть от плоти их грубого мира», – подумал Зацепин.
«Надо, Алексей Павлович! Поверьте, нет на него другой управы». – Для пущей убедительности След перешел на «вы».
Зацепин понял, что деваться некуда. Преодолевая брезгливость, с трудом разжимая губы, он выдавил бранную фразу прямо в красивое, одухотворенное, хотя и несколько надменное лицо своего ангела-хранителя.
Что с ним сделалось! Небесный дух, недавно похвалявшийся недюжинной силой, покачнулся на подогнувшихся ногах и чуть не упал.
– Алексей! Зачем? Как ты можешь?! – вскричал он, балансируя крыльями, чтобы восстановить равновесие.
– Я тебя по-хорошему просил очистить палубу! А ты уперся, как… – Легко нашлось непечатное слово. Дальше – больше: – Это ты, трам-тара-рам, вынуждаешь меня похабничать, тара-рам и трах-тарарам!
Удивительно быстро восстанавливались навыки сквернословия! Ангел вздрагивал от поношений Зацепина, пригибался, как под ударами, и пятился к краю плота, пока не оказался на берегу. И тут же на плот запрыгнул сын Веры с улыбкой до ушей, сверкая на солнце очками и полоской брекетов, и вручил Зацепину разысканный шест.
Не теряя времени, Зацепин оттолкнулся шестом от волнистого песчаного дна, покрытого, как и берег, коралловым снегом. Плот с мужчиной и мальчиком заскользил по неправдоподобно спокойной ровной глади, похожей больше на зеркало пруда, чем на чашу океана.
«Командуй!» – обратился Зацепин к демону.
«Курс в океан!» – направил След.
Когда шест перестал доставать дна, Зацепин положил его на плот и огляделся. И остолбенел от необычного зрелища. Плот догонял ангел, торопливо широко шагая в сандалиях по лазурной воде! Рукой он подбирал подол белого хитона. Зацепину не трудно было догадаться, что остановить необыкновенного преследователя можно только руганью. Оправившись от удивления, он прокричал:
– Эй ты, такой-сякой, а ну, катись к… – и погрозил кулаком.
Ангел охнул, споткнулся о складку на воде и погрузился в океан по грудь. Он забился в конвульсиях, словно через воду пропустили электричество. Руки и крылья взбивали пену, гнали волны. Длинные волосы намокли и облепили лицо. Раскаленный нимб, черпнув воды, зашипел, как утюг.
– Это дьявол тебя подучил! Хоть при ребенке бы постеснялся выражаться!.. – испускал ангел захлебывающиеся крики.
Рука течения властно потянула плот в открытый океан, и скоро булькающие вопли хранителя перестали достигать ушей Зацепина. Верин остров скрылся за горизонтом. Плот с маленьким экипажем оказался в бескрайней аквамариновой пустыне под пронзительно-синим небом с храмами неподвижных облаков и раскаленным добела солнцем.
