Глубоководное плаванье всегда действовало на неё успокаивающе. Марсела налила в бокал изрядное количество текилы и вытянулась на диване. Всё было превосходно, исключая одно, – окружающая обстановка была полна воспоминаний. Тут всё напоминало о Ванессе. Вон на том диване она лежала тем днём. Марселе даже показалось, что она чувствует аромат знакомых духов… В это мгновение взгляд Фрай остановился на конверте – на простом жёлтом конверте без адреса, лежащем на столе. Марсела нахмурилась, потянулась вперёд и взяла конверт. В нём оказался регистрационный документ, из которого следовало, что любимая лошадь опять принадлежит ей, Марселе Фрай. Она вскочила с дивана и огляделась вокруг, только никаких разгадок не было. Какое-то подсознательное чувство подтолкнуло Марселу к личной каюте. Она медленно открыла дверь. Ван сидела на кровати, до подбородка закутавшись в красную шёлковую простыню. Когда Марсела закрыла дверь, Ван неуверенно подняла на неё широко распахнутые синие глаза. Не зная, чего ожидать, Фрай решила выиграть немного времени и отпила глоток текилы.
Лишь после этого она спросила, показывая бумаги, зажатые в руке:
– Что это?
– Я выкупила для тебя лошадь. В конце концов, это ты выиграла пари.
– Да, – коротко подтвердила Марсела. Её заинтриговало, почему Ванесса сидит в простыне. Но она была согласна немного поиграть в эту игру, ведь Ван проделала такой долгий путь. – Насколько я понимаю, Рикардо вручил тебе…ну… то, что оставил? – осторожно поинтересовалась Фрай.
– Да, благодарю, – засмеялась Ванесса тихим, будоражащим кровь смехом. – Кстати, бриллиант на моей… – Девушка медленно выставила вперёд руку, а другой откинула простыню. – Ты до сих пор считаешь, что он мне идёт?
Бриллиант весело искрился на пальце, но кроме него… кроме него ничего не было.
Марсела стояла и молча смотрела на округлые очертания тяжёлых грудей, на широкие розовые круги с горошинками сосков, на живот, тронутый лёгким загаром, на завитки тёмных волос, прикрывавшие промежность между тонкими бёдрами…
Острое желание стрелой пронеслось по телу Фрай, она с трудом перевела дыхание. Ван предлагала гораздо большее, нежели красивое голое тело. Ван перелетела Северный тропик, чтобы убедиться, что бабка всё-таки ошибалась. В глазах Ван до сих пор виднелось опасение, что её надежды могут не оправдаться…
– Долго же ты раздумывала, – сдавленно произнесла Марсела и, поставив бокал с текилой на столик, положила около него бумаги и начала расстёгивать блузку.
– Да, я знаю. Извини… – В синих глазах Ван дрожали слёзы. – Прощаешь?
Сердце Марселы зашлось от радости. Фрай присела на край кровати, посадила Ванессу к себе на колени и счастливо рассмеялась, когда в её объятиях оказалась восхитительная голая девушка.
<<И не просто девушка, – напомнила себе Фрай, – а глава крупного филиала, перед которой ходили по струнке не только мужчины, но и женщины>>.
Однако она выбрала Марселу.
– Я прощу тебя лишь при условии, что ты больше никогда не заставишь меня ждать, – сказала кубинка, вспомнив, каким адом были для неё последние две недели. – Ты должна будешь спать со мной, лишь я этого захочу.
– Ладно, – покорно согласилась Ван.
– И без всяких отговорок! – дерзко произнесла Марсела.
– Без всяких, – покачала Ванесса головой, одним пальцем поглаживая грудь партнёрши. – Только тебе не кажется, что перед нами может встать угроза банкротства? Твой бизнес тут, мой на севере… Всё равно придётся расставаться.
– Мы выстроим единую всеамериканскую империю бизнеса, – заявила Марсела, ощущая, что теперь она способна на всё. – Наш объединённый филиал будет называться <<Виктори Фрай>>?
– <<Фрай Виктори>>, – мигом поправила Ванесса и сдержала лукавую улыбку.
– Ты собираешься спорить?
– Нет, дорогая, – промурлыкала Ван и устроилась поудобнее в её объятиях. – Наш спор может затянуться, а я и так уже покрылась гусиными мурашками от холода.
– Гусиными мурашками? – Марсела провела ладонью по шелковистому бедру. – Никаких мурашек нет.
– Они уже прошли.
Подняв лицо, Ван раскрыла губы для поцелуя.
Конечно, Марсела не стала противиться искушению. Она прильнула к губам возлюбленной, будто пытаясь утолить мучительный голод. И Ванесса страстно ей ответила.
