Она с жадностью жевала бутерброд и чуть не подавилась, услышав звонок.
«Черт» принес непосредственную начальницу и подругу Нину.
– Ну, что уставилась? – улыбнулась Нина. – Зови в гости.
– Проходи, пожалуйста… – Олечка посторонилась.
В зале, на полу широко раскинув руки, спал Сашка. Из кармана его пиджака торчал кусок торта. От мощного храпа позванивала чешская люстра.
– Муж?.. – удивилась Нина.
– Муж, – согласилась Олечка и на всякий случай спрятала за спину бутерброд.
– Побирался, что ли?!.. – спросила Нина, рассматривая пиджак Сашки украшенный маслеными пятнами.
Олечка убито промолчала.
– Пойдем на кухню, поговорить надо, – сурово сказала Нина.
– Я тебе зарплату привезла, – продолжила она, усаживаясь за стол. – Бухгалтерия ошиблась, а ты молчишь, как новобранец… – взгляд гостьи скользнул по столу и споткнулся на надкусанном куске сала. – Боже мой, Оля, да ты что и закуску за мужем доедаешь?!
– Я это… Я не хотела! – Олечка не знала, куда деть руки.
На стол рядом с куском сала лег бутерброд.Нина смотрела на подругу как на сумасшедшую.
– Ты же красивая, умная и вообще… – Нина повысила голос. – При желании за тобой мужики табунами бегать будут. Но как ты можешь вот так жить, а?! Или что, это любовь, по-твоему?!..
Олечка вытерла ладошкой нос и молча кивнула. Там, в груди, вместо сердца бился в припадке голодный желудок.
– Ну и какая же она, любовь эта? – скептически прищурилась Нина.
– Любовь – это когда ждешь… – очень тихо сказала Олечка.
– Что-что?
– Когда ждешь, – уже более уверенно повторила Оля. – Ты даже представить себе не можешь, какое это счастье и мука!..
Взгляд молодой женщины упал на яства на столе, и она вдруг почувствовала прилив сил. Правда, ниспосланное свыше вдохновение носило исключительно гастрономический оттенок.
– Именно мука!.. – повторила Олечка. – Я вот сегодня жду Сашку, а сама молюсь: «Господи, только бы с ним ничего не случилось, только бы он хоть что-нибудь принес!..»
– Что принес-то? – удивилась Нина.
– А сердце… – Олечка не обратила на вопрос подруги внимания и погладила себя по животу. – А сердце чуть ли не лопается. Честное слово, я ведь едва не умерла от голо… То есть от горя. Я же впервые в жизни Богу молилась!.. А потом легла на диван, а перед глазами круги разноцветные и пирожки с капустой…
Олечка всхлипнула. Нина смотрела на подругу широко распахнутыми глазами,
– Любовь!.. Господи, да что ты знаешь о любви-то?! – закричала Олечка. – Если бы Сашка не пришел, я бы умерла. Не сегодня, значит в понедельник точно. Четыре часа ждала и каждая минутка – как вечность. И все отдала, лишь бы… Лишь бы сейчас, вот сию минуту…
Олечка не выдержала и разразилась слезами.
Взгляд подруги посветлел и в нем появилось сочувствие.
– Вот, казалось бы, муж… – сквозь слезы продолжила Олечка. – Подумаешь, муж!.. Но муж-то, прежде всего, – кормилец!..
– Как это? – удивленно переспросила Нина.
– Кормилец! – Олечка многозначительно подняла вверх палец. – Впрочем, не поймешь ты…
– Конечно, не пойму, – легко согласилась Нина. – Ведь я сама своих мужиков кормлю.
Подруги немного помолчали. Нина задумчиво барабанила пальцами по столу. Олечка всхлипывала, жевала бутерброд с колбасой и смотрела в окно.
– Слушай, а у твоего Сашки друга, случайно, нет? – спросила Нина и слегка покраснела. – Только малопьющего и хозяйственного?.. А то мне все какие-то альфонсы попадаются.
– Не знаю я… – Олечка отложила бутерброд. – Я не спрашивала.
– А ты спроси! И что бы мужик… Ну, тоже кормильцем был, – Нина покраснела уже до кончиков волос. – Ладно, я пойду… После поговорим.
Олечка проводила подругу и вернулась к столу. Недавние слезы только на секунду притупили зверский аппетит и женщина смотрела на стол жадными, ненасытными глазами.
На холодильнике лежал конверт с деньгами оставленной Ниной, но Олечка не обратила на него никакого внимания. Она села за стол и азартно потерла ладошки.
«Ну-с, – подумала она. – С чего бы начать, а?!..»
…Настя открыла дверь. На пороге стояла раскрасневшаяся, запыхавшаяся Вера. Полные щеки подруги горели трудолюбивым румянцем. Внизу, уткнувшись носом в пол, лежал мужчина в дорогой кожаной куртке.
– Ну что уставилась? – Вера улыбнулась. – Помоги-ка затащить, его Принцесса. За ноги его бери.
– А кто это?! – охнула Настя.
– Не бойся, все расскажу. Ну, берись, чего стоишь?
Настя послушно нагнулась. Кое-как, едва не сорвав в прихожей вешалку, женщины втащили бесчувственное тело в зал. Вера опустилась на диван.
– Уф!.. Воды дай, – потребовала она и, посмотрев на незнакомца, добавила, – тяжелый же, чертяка.
– Ну, и кто это? – спросила Настя.
– Узнаешь сейчас…
Настя принесла кружку воды и присела рядом с незнакомцем. Верочка взяла кружку из рук подруги и залпом выпила всю воду.
– А ему? – удивилась Настя.
– Перебьется пока, – усмехнулась Вера. – Ну, как мужик, Принцесса?
Настенька недоверчиво посмотрела на незнакомца. У него было бледное интеллигентное лицо и широкие плечи. Не привыкшие к тяжелому труду руки украшали свежие мозоли.
«Симпатичный», – нерешительно подумала Настя.
