Чем больше проходит времени, тем шире приоткрывается занавес перед глазами, которые когда-то уже видели мета-экзист в его неописуемом великолепии. Мир бесконечных вещей в беспредельном пространстве, где возможно что угодно, где бесконечности можно засунуть в зашитый карман, а путь длиной в один шаг может потребовать миллиардов лет ходьбы.
От рук и ног уже не осталось и следа, и теперь разложение откусывает куски плоти туловища, стирает волосы и уши, а также снимает кожу. Но боли нет, так как сигналам рецепторов нужно преодолеть бесконечное расстояние перед тем, как добраться до мозга.
Рядом прокатываются валы странных волн, что оставляют после себя песчаные замки, а шепот звезд становится весьма назойливым. Теперь говорит вся Вселенная, и с этими голосами никогда не сравнится писк любых рас. Гравитационные и электромагнитные волны накатывают на берега темной материи, а дельта-гир водопадами изливается с каждой звезды. Нет больше законов расстояния, сохранения энергии или линейности времени.
Постепенно не становится и Кошмара, от которого осталось лишь кристаллическое сердце, но и оно покрывается сетью трещин. Постепенно переход идет к завершению, пока рядом не рождается голос:
— Я вернулся, но требуется ли продолжать?
Вот только Даэлир больше не может ответить, а сердце рассыпается на сверкающую пыль, которую уносят ветра с бесконечной скоростью. Теперь эльф стал размером со Вселенную, а та — размером с эльфа. Парадоксальное существование того, кто просто смотрит за всем с безмятежным умом, которое вдруг пронзает внезапная боль.
— Мы должны его найти! — настаивает Кави.
Сейчас группа находится в новом мире, где бесконечные равнины уходят во все стороны. Во время боя в подземной части лесного храма Кошмар атаковал того рыцаря, но это оказалось ловушкой. Открывшаяся червоточина затянула в себя эльфа, а потом в зале появилась самая большая, в которую улетела остальная группа. У девушки возникает подозрение, что то место было персональной ловушкой для Даэлира.
— Мы не можем, — качает головой Атрос Вишец. — В этом путешествии каждый из нас может умереть, к этому стоит быть готовыми.
— Но… — хочет продолжить Кави, невероятно волнуясь за эльфа, но тут Альви кладет руку на плечо с решимостью на лице.
— Извини, но мы действительно не сможем ему помочь. Из нас всех он самый сильный, так что это скорее нам придется туго, — говорит королева Норнета. — Мы даже вернуться в то место не можем.
С этим трудно спорить. Халфлинг напряженно вглядывается в строки серебряного текста перед собой, но история Кошмара остановилась в момент его исчезновения. Мета-символ не может проникнуть туда, где он сейчас находится. Даже нельзя понять, жив ли он еще.
— Сейчас у нас другая проблема, — произносит Трибун Огня. — Посмотрите туда.
Все поворачивают головы и видят облако пыли, которое поднимается над нестройными рядами защитников Авгуры. Теперь это грязные люди и жуткие монстры числом более тысячи. Кави перемещает фокус внимания мета-символа на них и видит их историю. Когда-то давно это были жители какой-то планеты, а потом пришла Авгура и забрала их с собой, после чего внутри своего Пограничья дала им бесконечную жизнь и новые силы для защиты этого места. Но так можно сказать только про часть идущих, другая же словно не имеет конкретной жизненной истории.
— Они опасны, — предупреждает Кави. — Одна из самых крупных армий внутри червоточин и поглощенных миров. А переход скрыт за ними.
— Тогда просто нужно открыть портал за их спины и быстро войти в червоточину, не так ли? — прикидывает Альви.
— Нет, — одновременно отвечают Великий Архимаг и невысоклица.
Кави удивилась, когда мэтр Атрос понял это одновременно с её мета-символом. Однако чародей не дает объяснения, так что приходится сделать самой.
— Здесь не будет работать пространственная магия. Среди той тысячи есть кто-то, кто блокирует подобное, но мой мета-символ не может показать, кто именно. Нам придется прорываться с боем.
— А если полетим на Мудамир Валиме?
— В воздухе висят невидимые червоточины-ловушки. Этот этап специально построен таким образом, что не получится обойти защитников места.
Словно в подтверждение слов во все стороны распахиваются новые черные дыры, но они явно не никуда не ведут, а просто притягивают и разрывают объекты, попавшие в область притяжения. Остается один-единственный свободный от них коридор, где приближается армия.
— Вам не кажется, что эта Авгура поступает не совсем логично? Зачем ей это всё? Если так уж было нужно защищаться от вторжений, то она могла бы сделать оборону продуманнее. А так кажется, что она хочет, чтобы оставалась возможность дойти до нее. Вряд ли этих переходов тут бесконечное количество.
