Но именно этот случай вспомнился при первой же вести о пропавшем рядовом Орлове. Подгоняемые сорванными и издерганными голосами своих командиров, уставшие и измотанные солдаты уже в который раз метр за метром обследовали все места, где мог схорониться затравленный дедами боец. Заброшенные развалины, крытые блиндажи и окопы, полусохранившиеся чердаки и незасыпанные подвалы, армейские КУНГи и пространства под ними, остатки радиолокационных станций на буграх и кусты вокруг них, склады и каптерки, автомобильная и боевая техника, туалеты и сваленные в кучу бревна, обе столовые и даже кирпичное здание штаба батальона, словом всё осматривалось, общупывалось и исследовалось с предельной внимательностью… В автопарке все автомобили, бронетранспортеры и боевые машины пехоты, которые были в состоянии развернуться носом к металлическому ограждению, включили свои фары, чтобы как можно ярче осветить все вокруг. Несколько "Уралов" пытались своим светом помочь идущим цепью бойцам. Стоящие в боевом охранении два БТРа шарили лучами галогеновых прожекторов по минному полю, стремясь обнаружить бездыханное тело… Но все было безрезультатно.
Нашли рядового Орлова почти случайно и не где-то на окраине, а в бывшей штабной палатке, которая пустовала с приходом холодов. Во время поисков ее несколько раз осматривали солдаты и офицеры, никого не обнаруживая при этом. Когда же поступила команда "прекратить поиски до утра" в штабную малую палатку напоследок заглянул офицер и осветил лучом лежащую на земле вытянутую фигуру пропавшего бойца. Он дышал, но будто бы находился в беспамятстве. На свое имя он не отзывался. Не реагировал даже на пощечины. Очень быстро вся палаточка заполнилась нашими командирами и начальниками, каждый из которых давал свои советы по оживлению солдатика.
Это подходя к брезентовому домику, стал радостно декламировать старший лейтенант Тимофеев… Затем его голова просунулась между входных пологов и закончила выступление таким же бодрым тоном:
Лисьей походкой старого разведчика он по флангу обошел скопление сочувствующих офицеров и в конце-то концов оказался прямо у лежащего на земле тела.
- Ах, какой суровий птиц!… Приземлился клювом ниц… - Произнес он с ярко выраженным кавказским акцентом и тут же перешел на родной русский. - Он - мой! как оживет - самолично придушу "гадкого орлёнка"! два раза по самые "небалуйся" проваливался в воду, пока его искали.
Но среди присутствующих также нашлось не мало желающих "казнить" виновника всеобщего переполоха… Кто-то в шутку предложил установить очерёдность в исполнении роли палача-изверга.
- По тише! а то его прямо тут Кондратий хватит от ваших слов… Зачем тогда искали? - Сердобольно предостерёг командир второй роты.
- Ну только этого мне ещё не хватало! - поднимаясь с колена, недовольно проворчал командир третей роты, которому непосредственно подчинялся беглец. - Надо его в санчасть отнести.
- Спокойно! я уже здесь! - перекрывая общий шум-гам, оповестил всех о своем появлении входящий в палатку начальник медицинской службы. - так… Господа! дорогу медицине! а теперь место для доброго доктора айболита и его чемоданчика! а вот и больной… Эй, солдат! не спи- замерзнешь!
Но Орлов всё также продолжал лежать на холодном грунте, вытянувшись в струнку. Казалось, что его руки и ноги одеревенели и никак не хотели сгибаться од усилий военного врача. Затем настала пора задействовать стетоскоп.
- Тихо! - скомандовал медик и даже поднял левую руку.
Но в палатке и так уже все молчали. Вспыхнувшая было радость от находки постепенно уступила место тревожному ожиданию.
- Ну, что? довели орёлика? осуждающе и строго вопрошал всё тот же старший лейтенант Тимофеев. - Куда же тушку понесем?
Ему никто не ответил… Уже и использованный мединструмент был убран в сумку за ненадобностью, а заключение врача так и не прозвучало. Тут наш доктор на последок поднял ему одно веко и посветил фонарем прямо в глаз.
- Прикидывается! Что он без сознания… Отнесите его в санчасть, там он придет в себя, - распорядился начмед батальона. - Отоспится до утра и завтра нам расскажет. Где он прятался и почему убежал из роты. Да не надо носилок! Просто берите его под руки. Вот так и несите. Пошли.
Двое рослых медбратьев подняли за беспомощно повисшие крылья бесчувственного "орла" и понесли его к выходу. Вслед за ними потянулись и все остальные, но каждый пошел дальше по своим военным делам.
После скудного ужина в офицерской столовой мы направились во вторую роту, чтобы пригласить знакомых офицеров на небольшую попойку по случаю возвращения моей скромной персоны в 173-й отряд спецназа.
