Тем временем, большой стол из гладких досок, уже был накрыт расшитой яркими цветами скатертью. На которой, пара молодых служанок, расставляли расписную деревянную и глиняную посуду. Углублений в столе, для супов и каш не было – только отдельные миски. Девушки Ружена и Чернава (как и работники Нечай и Бажен) – родней хозяевам не приходились. А оказались закупами. У русов – не было рабов или холопов. Ян приобрел у мадяр на торгу, четырех пленных славян-тиверцев – и теперь, они отрабатывали свой долг, в качестве слуг в доме корабельного мастера. Жили и харчевались в его семье. А выплатив все, что ушло на их выкуп – непременно вскоре должны были освободиться, перейдя в сословие полностью вольных людей. Могли потом стать русами и вступить в сельскую общину, завести свое хозяйство, податься на промыслы либо заняться каким-нибудь ремеслом, поступить на службу князю... Вернуться домой и поискать остатки своего рода, или остаться в домочадцах Яна.
Гостя, учтиво провели в отгороженный закуток, помыть руки и привести себя в порядок с дороги. Там, дренгу встретилась еще одна неожиданность – диковинный умывальник русов. Не привычная ему бадья и черпак, а подвешенный к стене, большой медный и закрытый сверху кувшин. Снабженный снизу особой палочкой. Если приподнять ее ладонями – на руки лилась свежая влага из этого сосуда. Дивясь подобной бытовой приспособе, Асгейр вспомнил рассказы старших хольдов – о том, что славяне, в отличии от племен других земель, умывались только проточной водой. Рядом, лежал брусок желто-коричневого мыла, для удаления грязи. Подобный предмет, также привлек внимание варяга – о такой гигиенической вещи, ему доводилось только слышать. Обыкновенно, скандинавы для этих целей пользовались золой, щелоком, а еще чаще – отстоянной мочой...
Вытершись, висевшим рядом чистым и сухим рушником, Асгейр вернулся в светлицу. На столе, уже были расставлены блюда с различными кушаньями. Распространяя вокруг, заманчивые запахи. В глубоких тарелках, находилась какая-то горячая овощная похлебка с бобами и некоторыми неизвестными ему овощами (впоследствии, парню сообщили и показали капусту, морковь, свеклу). На второе, оказалась каша с мясом из неизвестной крупы (потом он узнал, что это гречка – вовсе не похожая на привычные юноше ячмень, пшено, овес или полбу). Кроме того, он увидел на скатерти – миски с жаренной и соленной рыбой, огурцами, горохом, грибами, яйцами, творогом, сыром, ягодами, пирогами из пшеничной муки и какими-то круглыми желтыми плодами (это был сладкий картофель).
Хлеб лежал обычный ржаной. Хотя, как сказала ему позже Литана, рожь у нее дома в Византии, считается сорным растением-бурьяном. Там предпочитают, употреблять зерно из пшеницы. (Лишь из-за своей неприхотливости и устойчивости, именно жито – стало основой еды в суровых северных краях. И даже слова: живот и жизнь – в славянских языках произошли от него).
Из напитков, на столе стояли корчаги с киселем, узваром из фруктов, медом, пивом и еще был странный, но освежающий квас. Обычно славяне, как и большинство народов того времени, принимали пищу дважды в день (утром и вечером). Но в праздничные дни и перенимая привычку своего князя, русы уже начали устраивать и обеденный полдник.
Хлопнули, открываясь двери и в помещение вошли новые люди. Ян познакомил Асгейра со своим свояком – ромеем Феодором (впрочем, его жена Литана, называла мужа – Божедаром, поскольку он имел славянские корни). Маленькие Иван и Анастсия, сразу подбежали к отцу. Эта семья, приехала по делам из самого Нового Рима – к конунгу Алексию. А заодно, они попутно навестили своих родственников.
Высокий Буслай, оказался воином княжеской дружины, а юркий Вышата – одним из тиунов владетеля Кенугарда. Массивный Первак – был мельником и пришел со своей женой гречанкой Ириной. Гости, естественно, имели и христианские имена, но в повседневной жизни, предпочитали обращаться к друг другу по-старому.
Рассматривая прибывших, Асгейр отметил некоторые отличия в их внешности. Хотя, почти все они (кроме Ирины, выделявшейся оливковой смуглостью, темными локонами и карим цветом очей), в целом, были похожи на северян – довольно высокие, белокожие, светлоглазые и с русыми или каштановыми волосами. Однако, если Буслай и Вышата, носили одежду принятую у русов и имели, такие же короткие прически на полностью безбородых лицах – что и сам князь. То Первак и Ян, во многом еще, придерживались старины. По давнему обычаю, отпуская усы, бороды и волосы до плеч. Правда, в одеяниях – они частично уже тоже, переняли покрой русов. Божедар и Литана (как и их дети), своими нарядами и прическами – выглядели как настоящие ромеи (каковыми, по-сути и являлись). Сестра Литаны Любава, наоборот – преимущественно следовала традициям полян. А гречанка Ирина, вообще, сочетала в своем платье и внешнем виде – славянские, византийские и русские черты.
