— Никогда не недооценивай своих соплеменников. Ни публично, ни здесь, — я ткнул пальцем в моментально наморщившую лоб девушку. — Иначе рано или поздно станешь изгоем. А это как-то странно будет для Матери Омута, не находишь?
— Да какая я — Мать? — вздохнула девушка. — Жаболюды всё меньше обращаются ко мне за советом, предпочитая самостоятельно решать свои проблемы. Конечно, если я вижу, что что-то не в порядке, и спрашиваю об этом, мне отвечают и даже сделают то, что я посоветую. Но если сама не проявлю инициативу, то меня словно и нет в их жизни.
Тори посмотрела на следующие за нами лодки. Те жаболюды, что были в воде, лишь управляли здоровенными рыбинами, тащащими наши посудины.
Боевой отряд земноводных располагался в нескольких лодках, чтобы не тратить силы и быть готовым к любым сюрпризам, которые будут поджидать нас на берегу.
— Вечная беда безынициативных людей — удивляться, почему без необходимости прилагать усилия ничего хорошего не происходит, — рассмеялся я.
Тори нахмурилась, определённо не видя ничего смешного в сложившейся ситуации.
— Приближаемся, — разглядел я в медленно плывущем тумане тёмную полосу берега.
Вода за бортом сменила цвет, став из прозрачной мутновато жёлтой. Впрочем, такой цвет был лишь у поверхности.
Жаболюды, исследовавшие окружающую Осколок узкую полоску воды, говорили, что уже на глубине двух метров, она вновь становилась кристально прозрачной.
Однако дно рассмотреть у земноводных не выходило. Даже самые выносливые из них были вынуждены вернуться на поверхность, так как чем глубже они погружались, тем холоднее становилась вода.
Исследование подводной части берега тоже результатов никаких не принесло. Гладкая каменная поверхность, обросшая ракушками и водорослями, шла строго вертикально вниз и исчезала в темноте.
Единственное, что удалось обнаружить, это странную выпуклость на стене.
Располагалась она на глубине около семидесяти метров и, по словам обнаружившего ей жаболюда, представляла из себя выступающую на метр прозрачную полусферу.
Внутри этой полусферы было светло, и ныряльщик смог разглядеть помещение со столом, усеянным множеством кнопок и рычагов, и креслом.
Комнатка была небольшой, однако пловец был уверен, что смог разглядеть щель в дальней части помещения, из которой бил ещё более яркий свет.
К сожалению, это открытие ничего кроме жгучего любопытства не принесло.
Достигнуть этого странного окна даже без специального оборудования я бы, конечно, смог. И даже с первого раза. А вот вернуться на поверхность, да ещё и целым…
Так что купание было решено отложить. По крайней мере, до того, как я обзаведусь жабрами, в Системе появятся местные акваланги, или на худой конец кто-нибудь построит подводный колокол.
К слову, берег этого Осколка тоже было трудно назвать обычным.
Едва я перебрался на него с лодки, как возникло ощущение, что я шагаю по чему-то мягкому, похожему на хреново надутый батут.
При этом там, где этот странный материал соприкасался с водой, он мгновенно становился твёрдым, будто камень, но при этом достаточно лёгким, чтобы не тонуть.
— Странное место, — воспользовавшись протянутой рукой, Тори перепрыгнула на берег и огляделась. — Какое-то неправильное.
Со сказанным, даже несмотря на всё виденное ранее, было невозможно не согласиться.
Первые двадцать метров берег представлял собой безжизненный участок, покрытый «резиновым» камнем. Однако дальше уже можно было разглядеть редкие карликовые кустарники с треугольными листьями, такого же серого цвета, как камень под нашими ногами.
Сейчас из-за клочьев тумана что-то большее разглядеть не получалось. Однако, со слов выжившего крысюка, я знал, что дальше кусты начнут постепенно увеличиваться, покуда не превратятся в настоящие деревья.
— Сог, — я повернулся к выпрыгнувшему с лодки жаболюду. — четыре тройки погонщиков отправь на разведку. Только в лес пускай не заходят. Просто проверить, не появилось ли чего нового, о чём крысюк не рассказал.
Жаболюд, один из немногих представителей своего племени, кто был облачён в металлическую броню, видимо, сказывалось длительное общение с Третьим, кивнул и отправился к одной из причаливших лодок.
Именно в ней располагались погонщики. Так я прозвал жаболюдов, которые управляли младшими крысами.
Вообще, первоначально я планировал свести крысолюдов с гоблинами, но те не сошлись характерами. Подозреваю, что виной тому присущая обоим видам привычка жрать всё подряд и нежелание видеть рядом с собой конкурентов.
А вот жаболюды с крысюками быстро контакт нашли. Особенно с младшими особями. Конечно, до уровня контроля крысиных офицеров погонщики недотягивали, однако для поставленных задач хватало и того, что есть.
Я потратил несколько минут, глядя на то, как из «крысиной» лодки на землю перебрались жаболюды с крысюками и, разбившись на тройки: одно земноводное и две крысы, направились в сторону леса.
При этом жаболюды погонщики периодически поквакивали, давая команды подчинённым обследовать ту или иную выемку или забраться в подозрительную нору, образовавшуюся в переплетении корней кустарника.
