Однажды, проснувшись и приняв тонизирующий душ, демиург вышел к бассейну и заметил клубы серого дыма на горизонте. Взглянув вниз с Олимпа в туристический восьмикратный бинокль, он увидел огромные костры, пылающие вокруг его старого дворца и огромный белый шар и сотни человечков-муравьев рядом. Георгий даже не сразу догадался, что человечки собираются наполнить шар теплым воздухом и взлететь. Но вот зачем взлететь, он догадался сразу. Вооружившись огромной мощной трубой-телескопом он рассмотрел неизвестное племя - это были люди, похожие на арийцев, но не арийцы. Может быть, их дети? Дерзких детей насчитывалось около четырехсот. Все мужского пола, в кожаных с металлическими бляшками куртках, с кривыми мечами на поясах и все на кофейных рослых лошадях. Выглядели они грозно, но для демиурга опасности не представляли. Сперва Георгий хотел сбросить на них что-нибудь тяжелое и огромное, но потом решил познакомиться с ними поближе - космическая паранойя будто бы прошла, ракета построена, и теперь он вновь заинтересовался тем, что происходит на его планете в мире кукол. После смерти Бейбарса он забыл о намерении проводить профилактические карательно-миссионерские походы по округе и теперь решил выступить в поход сам. Превратившись в ученого-затворника, он забыл об арийцах, но они, похожи, не забыли про него.
В боевом походе демиург решил принять участие лично - все видеть своими глазами. Отряд он сотворил небольшой - девятнадцать высоких мускулистых юношей, - но этот отряд, как отряды Писарро и Ярмака, имея более точное и дальнобойное оружие, мог покорить всю планету. Бойцов Георгий одел в легкие аллюминивые панцири и каски - защищающие от холодного оружия. Всех вооружил самовзводными карабинами, заряженными пятнадцатью патронами, тонкими острыми саблями и маленькими щитами и посадил на сытых красивых скакунов. Семнадцати безымянным воинам он внушил покорность и воинственность. Двум воинам дал имена Писарро и Ярмак и сделал их своими телохранителями и сержантами. Он облачил их в пуленепробиваемые жилеты, выдал в два раза больше патрон, чем остальным, сабли дал более длинные, а щиты более широкие. Внушил им бесстрашие и мысль о том, что смысл всей их жизни защищать демиурга, следить за его безопасностью. Кроме того представил их умными - способными рассуждать и запоминать. Сам демиург облачился в тяжелый пуленепробиваемый бронежилет собственной конструкции, на голову водрузил позолоченный бронешлем с бронестеклом и вооружился автоматом Калашникова, стреляющим бронебойными патронами и оснащенным оптическим прицелом. На пояс повесил острую титановую саблю и крепкий щит с шипом. Георгий все это мог бы быстро вообразить в случае необходимости, но очень уж боялся сверхнеожиданностей. Одежда получилась неудачной, тяжелой, но в ней он лучше входил в роль полководца на белом коне.
Чтобы двадцать всадников могли спуститься к подножью горы все вместе и сразу же атаковать пришельцев, пришлось сделать кабину лифта двухэтажной. Спускаясь вниз, Георгий подумал: "Как быстро, однако, они додумались до воздушного шара. Вероятно, делая арийцев, я мимовольно передал им часть своих знаний. Или свою роль сыграла моя Книга мудрости? Но почему тогда они осмелились организовать поход против меня - Демиурга. Откуда у них эта воинственность - мечи на поясах? Вероятно... "
ЗЛОЙ ЧЕЛОВЕК, ДАЖЕ ВНУШАЯ ДОБРО, ВСЕ РАВНО ТВОРИТ ЗЛО. ИСТИННОЕ ДОБРО МОЖЕТ ВНУШИТЬ ТОЛЬКО ДОБРЫЙ ЧЕЛОВЕК. ПО ПЛОДАМ МОЖНО ОПРЕДЕЛИТЬ ДУШЕВНЫЕ КАЧЕСТВА ПРОПОВЕДНИКА.
...А я - сатанист и ангелоид. И они такие же. Есть шанс, что ангелы их душ все-таки рано или поздно победят плотские позывы. А сейчас - вперед! Психоскульптор, бей свои творения.
Наконец, двери лифта распахнулись и по лицу ударила сырая волна морского ветра. Георгий вообразил в руке сигнальную ракетницу и выстрелил красной шипящей ракетой по шару. Ракета пробила ткань шара и подожгла ее. Дикари заулюлюкали от ярости, посрывали с поясов мечи, затрясли ими и, скучиваясь, стали седлать своих тощих, но еще сохранивших черты породистости, лошадей.
