Конный отряд Георгия помчался через лес, захлопали выстрелы, демиург выпустил длинную очередь по нижним веткам деревьев, посыпались листья, завизжали фавны и изо всех ног ринулись в глубь леса. Убегая, они так громко и старательно-нервно кричали, словно хотели подавить криками свой страх перед наступающим отрядом, извергающим молнии и гром. Георгий видел лица тех, кто оборачивался - глаза вылуплены, мимика ужаса, широко раскрытый рот, серые гнилые зубы. Между последним убегающим фавном и конем Георгия уже оставалось метров двадцать, но демиург попридержал скакуна - рукопашной схватки с дикарем он не желал. Ярмак скакал чуть в стороне от основного отряда и вскоре скрылся за деревьями вместе с помощниками. Оттуда, где он, вероятно, настиг фавнов, сперва долетел глухой щелчок газовика, а потом три карабинных выстрела. Георгий повернул отряд на помощь своему телохранителю и в какой-то момент оказался впереди всех. Он первым увидел Ярмака, преспокойно сидящего на спине сбитого с ног, хрипящего от боли и страха фавна. Рядом покачивались в седлах другие конквистадоры с карабинами наготове - у ног их коней лежало по одному окровавленному трупу дикаря. Георгий удовлетворенно улыбнулся и в ту же секунду услышал хруст ветки над головой, поднял глаза и увидел падающего на него фавна с мечом в руке. Фавн рухнул на овальный щит демиурга и проколол грудь об острый шип торчащий из щита. С дыркой на животе фавн рухнул на траву и подоспевший Писарро разбил ему голову точным выстрелом - брызнул студень мозга.. Однако в то же мгновение с другого дерева свалился прямо на Писарро еще один фавн-нинзя. Худые фавны не представляли опасности для культуристов Георгия - Писарро поймал фавна одной рукой и отсек ему кисть, сжимавшую меч, коротким рубящим ударом своей сабли. И орущий от боли фавн упал на траву под ноги коням. Отдавая долг, Георгий в свою очередь добил этого вояку одиночным выстрелом из автомата - в шею. Конквистадоры немедленно принялись палить вверх, тщательно осматривая кроны деревьев и сбили еще трех спрятавшихся там фавнов - камикадзе. Ярмак тем временем поднял на ноги пленника и подвел к Георгию от шорт пленника сильно пахло мочой, а сам он трепетал и плакал, как ребенок. Демиург вспомнил, что в детстве - еще будучи нормальным человеком он считал самой страшной казнью сожжение на костре или варение в котле.
- Сейчас мы сварим тебя в котле живьем или сожжем на одном из ваших костров, если ты не скажешь, зачем ваше племя хотело подняться на мою гору!
- О, великий воин. Наш отряд хотел найти сына Богов и принудить его дать нам такое оружие, чтобы наш город подчинил себе другие города, - затараторил пленник по-русски, искажая лишь отдельные длинные слова или слова, первоначально с большим количеством шипящих. Длинные слова он укорачивал, выкидывая гласные, а короткие шипящие наоборот наполнял новыми гласными.
- Ты живешь в городе? - удивился Георгий.
- Мы думали, он поможет нам. Мы хотели подняться к нему. Светлый отец сказал, что он любит нас. Он поймет наши желания. Он мудр, -тараторил пленник, дрожа.
- Ладно, веди нас в свой город.
Фавн, услышав этот приказ, закусил губу и как-то странно, боком посмотрел на Георгия, перестал дрожать и даже выпрямился. Георгий дважды выстрелил ему под ноги, так что фавн снова задрожал.
- Я сын Богов, Демиург Светогор, приказываю тебе - веди меня в ваш город! гаркнул Георгий и, резким жестом сняв шлем, властно посмотрел на пленника. Тот, увидев лицо демиурга, вдруг блаженно улыбнулся и рухнул на колени и сакраментально проголосил :
-Я видел твой облик в храме. Я сделаю все, что ты скажешь. Ты справедлив, ты не причинишь зла моим родителям.
Георгий не выдержал и улыбнулся сладко, как бог.
До деревни - скопления глинянно-деревянных домиков, в которых жили фавны, отряд доскакал только за четыре часа - лошади устали и конквистадоры просили еды. Георгий дал им по бутылке молока. По пути Ярмак и Писарро семь раз стреляли по засевшим в ветвях деревьев фавнам. Недалеко от деревни на одного из конквистадоров с ветвей свалились сразу четыре нинзя, причем вооруженные копьями. Они бросили палки в коня и прыгнули на солдата, выхватив кинжалы. Прежде чем их перестреляли, один из нинзя проколол конквистадору шею. Воин сперва ослеп, потом истекая кровью, потерял сознание и остыл. Георгий успел поблагодарить его за верность в присутствии всех остальных солдат и театрально-серьезно объявил о переходе души умершего в незримый рай. Все внимательно выслушали демиурга.
-А что такое душа? - внезапно спросил Ярмак, посмотрев на демиурга задумчивыми глазами.
Демиург незаметно вздрогнул.
Потом подумал: "Плоть бунтует!. Мозг, заполненный мною, моими образами, начинает лавировать свободно. И эффект внушения рабской покорности проходит. Чем активнее человек, тем скорее. Буря эмоций и все... Значит, надо постоянно менять слуг. И никого нельзя делать фаворитом! Нельзя долго надеяться на рабскую покорность. Но как же быть? Он же мой телохранитель. Может, подружиться с ним?
