— Убьём этот пережиток прошлого, и Владыка будет рад, — злорадно сказал тот, что шёл впереди.
— Слишком просто, — второй что-то заподозрил.
И вот они одновременно остановились в разных местах, словно встретили препятствие.
Ухмыляюсь, и с родовой печати прямиком к пальцам бежит синее пламя. Оно опускается к траве и бежит по заранее проведённым линиям, а затем окутывает печати-ловушки.
— Попались, — сказал я на языке демонов.
— Ты поступаешь бесчестно, человечишка, — прорычал один из них.
— Отнюдь, — пожал плечами.
Их физиономии кривились, но не от ярости, а от боли. Синее пламя Легиона для них было невыносимо.
Сто пятьдесят первый уровень… Таких я не подчиню, если они сами того не пожелают. Поэтому проще их…
— Изгнать, — перебил мои мысли Легион.
— Нет, уничтожить, — вслух ответил я, и пальцы принялись выводить в воздухе печать.
Если бы мне пришлось вступить с ними в прямое противостояние, вышла бы жестокая битва. И пусть это демоны для уровня магистра, но их было трое, а я один — отсюда никакой уверенности в победе.
Первая печать прошла через созданный мной заранее барьер и впилась в тушу демона. Двор огласили крики боли.
А затем и две других нашли своих жертв.
Через пару минут от троицы остались лишь три кучки пепла, на которых лежали бьющиеся сердца.
Я специально использовал печать не тотального уничтожения, чтобы добить своими руками — так я смогу усвоить больше энергии от демонов.
Подойдя к первому сердцу, я сжал его в руках. И оно осыпалась пеплом… А вместе с тем я ощутил прилив энергии и бодрость, словно только что выпил сильнодействующий энергетик.
Два других сердца ждала та же участь… и теперь эти демоны точно не переродятся.
— Ты снова решил пожалеть своих? — мысленно спросил я, отряхивая руки.
Была у Легиона такая особенность, которую он никак не желал признавать.
— Нет. Когда стал бы сильнее, вернул бы себе власть над ними.
— Тебе демонов мало? — усмехнулся я.
— Нет, но…
— Никогда не жалей своих врагов, — перебил я.
И на этот раз в моих словах звучала сталь.
— Дожили! Экзорцист меня жизни учит! — насмешливо возмутился Легион.
— Во-первых, ты сам объяснил, как стать сильнее. А если бы мы их изгнали, то получили бы лишь процент от их мощи. Такими темпами мы и до конца моей жизни не обретём силу, способную справиться хоть с одним из владык.
— А во-вторых? — хмыкнул Легион.
— Ты прародитель демонов. Сколько бы я их не убил, ты создашь ещё.
И для уничтожения всех демонов придётся избавиться от Легиона. А это невозможно… Почти.
— На пике своей силы… И то это будут нулевые уровни, которые сотни и тысячи лет будут качаться, — объяснил он, словно в противовес моим мыслям.
То есть чем выше ранг демона, тем он более ценен для своего Владыки. Но… меня это сейчас никак не заботило.
— Власть и сила всегда требует жертв. Так говорил дед, когда заставлял меня по тысячному разу выводить печать изгнания. Он не отпускал меня спать, пока не получилось, — поделился я.
— И к чему это привело?
— Сам видишь, — я взглянул на пепел, слегка рассеивающийся проникшим через забор порывом осеннего ветра.
— Хм, логично. Ты всё усваиваешь на лету. Я думал — это врождённый талант, как у меня.
— Нет, это результат долгих и мучительных тренировок, — ответил я и вернулся в дом.
Там меня встретила Элеонора с белой блузкой в руках. Она держала её на вытянутых ладонях, протягивая мне:
— Возьмите.
— Благодарю. А пакета у вас не найдётся? — попросил я.
— Ой! Сейчас!
Элеонора убежала на кухню и через пару минут вернулась с чёрным пакетом, бережно сложила в него блузку.
— Пожалуйста, найдите её, — сказала она мне на прощание.
И я вновь пообещал, что сделаю всё возможное.
Служебная машина вернула меня в здание ордена. Войдя в свой кабинет, я закрыл дверь на ключ и велел Легиону позвать гончую.
Не прошло и минуты, как посреди кабинета открылся портал, и оттуда вышел знакомый мне демон, которого я освободил из дома Аничковых.
Гончая осмотрелась, её тело слегка дрожало… это место не нравилось никому из демонов. И даже я, находясь в этом здании, чувствовал холод, хотя на улице мне при нулевой температуре было тепло. Так влияла магия артефактов и прочих защит, находящихся в здании ордена.
— Не бойся, здесь тебя никто не обнаружит, — сказал я гончей.
Через это здание проходит столько демонов и одержимых, что на застывший в стенах ордена запах этих тварей уже никто не обращает внимания. А вот если бы я вызывал демона посреди своей спальни, родные бы точно заподозрили неладное. Здесь же не надо было избавляться от последствий такого призыва.
Да и это временная мера. Скоро Гончая научится скрывать запах, как и остальные.
— Слушаю вас, Владыка, — поклонилась Гончая.
— Как успехи? — сразу спросил я о своих родных.
Ведь с каждым днём поисков шансы найти их живыми стремительно снижались.
— Пока никаких следов вашей крови. Продолжаю поиски, но, возможно, их уже нет в живых.
— Или они у Владык.
Куда мне так просто не пробраться.
— Да. Но это равноценно, — объяснила Гончая, не веря, что я в состоянии справиться с подобными сущностями.
И пока она была права. Но это пока…
