Две недели назад ни род Норильских, ни Жиляевых, ни Василевские даже не помнили о моём существовании. Я был для них слишком незначительной персоной… А теперь всем этим родам от меня что-то нужно.
И главный вопрос — что именно?
Раньше мне не доводилось так тесно общаться с аристократами. Нашу семью редко звали на подобные мероприятия, а если такое и случалось, то в большинстве случаев отец отказывался. Теперь же всё поменялось.
И вот я стою посреди богато украшенного бального зала в качестве почётного гостя.
— Александр Олегович Демьянов, — вежливо представился я.
— Игорь Геннадьевич, — граф Жиляев улыбнулся и протянул мне руку. — Рад с вами познакомиться, ваше благородие.
Мы обменялись рукопожатиями.
— Взаимно, ваше сиятельство, — кивнул я.
Это был высокий, хорошо сложенный мужчина, на целую голову выше меня. На вид ему было около шестидесяти, но выглядел он довольно хорошо для своих лет.
— Позвольте также вас познакомить. Это моя жена, Маргарита Павловна, — вежливо сказал граф.
— Тоже рада знакомству, — улыбнулась женщина и сделала лёгкий реверанс. — Пожалуй, я оставлю вас наедине.
Маргарита Павловна забрала с собой Регину, за что я был ей премного благодарен. Последующая беседа будет не для её любопытных ушей.
Мы с графами Норильским и Жиляевым остались втроём.
— Хорошо, что Михаил Всеволодович меня услышал и всё-таки вас пригласил. Поскольку я не был лично знаком с вами лично, то честно вам скажу, даже не знал, как это сделать. По прежнему адресу я не мог отправить приглашение, а в Святом ордене не принимают личные послания, — смущённо произнёс граф Норильский.
— Понимаю, — кивнул я. — Сейчас живу в доме, который выделил моей семье орден, и официальная регистрация там займёт какое-то время. Но думаю, уже на следующей неделе адрес станет общеизвестен, и подобные проблемы не должны повториться.
Официальные адреса всех аристократов есть в базе данных в интернете, чтобы с ними могли связаться. Причём по закону там должны быть указаны актуальные данные. Правда, обновляются сведения на этом сайте уж больно долго, но что поделать — это часть государственного аппарата.
После сказанной Норильским фразы в голове тут же выстроилась чёткая схема: Михаила Всеволодовича попросили пригласить меня. Он же использовал это в своих целях. Наверняка при этом сказал, что и сам собирался меня позвать, поскольку я тесно общаюсь с его дочерью.
— Михаил Всеволодович ведь сразу обозначил вам, что я собираюсь прийти? — уточнил я, чтобы проверить свою догадку.
— Да, он сказал мне, что у вас достаточно тесные отношения с Региной, — ответил Норильский.
Моя теория подтвердилась. Во всём был подвох. Но меня это ничуть не расстроило. На самом деле — даже наоборот.
Глава ячейки Муромского ордена оказался человеком хитрым и продуманным. И по правде говоря, лучше уж такой, чем тот, кого легко обвести вокруг пальца.
С таким главой у ордена куда больше шансов выстоять… не только в войне против демонов, но и во внутренней конкуренции ячеек, к которой я пока не имею никакого отношения.
— Признаться, я был удивлён, что вы с семьёй Норильских столь близки, — сказал Норильский.
Этой фразой он хотел убедиться, не солгал ли ему Михаил Всеволодович. Он тоже вёл свою игру. Впрочем, здесь каждый аристократ это делал, а иначе на подобных приёмах попросту не бывает.
Каждый чего-то хотел, преследовал свои интересы… и вопрос заключался лишь в том, как далеко человек готов зайти ради своих целей.
Среди всего этого змеиного гнезда особенно выделялась Алиса. Она всегда была открыта и честна. С ней можно было говорить откровенно. И мне это чертовски в ней нравилось.
А я ведь так и не придумал, куда пригласить её на свидание…
— Думаю, мои отношения с Региной не имеют отношения к теме сегодняшнего вечера, господа, — с лёгкой улыбкой ответил я.
Этим я дал им знать, что не собираюсь ни врать, ни сдавать Михаила Всеволодовича.
Мы с ним не договаривались о каких-либо интригах, и если бы он хотел иного — мог лично попросить, и мы бы отдельно обсудили условия. Наверняка Михаил Всеволодович рассчитывал, что я выступлю на его стороне, раз дал согласие сопровождать его семью… но если это так, то он ошибся.
А значит, я соблюдаю ровно ту часть сделки, о которой мы договорились: сопровождаю Регину. И не более того.
Теперь осталось понять, что же нужно от меня Жиляеву.
— Чудесная музыка, господа, — с лёгкой улыбкой заметил я, глядя в сторону музыкантов, играющих на скрипках.
В их руках были зачарованные инструменты. Их звучание создавало в зале особую атмосферу: лёгкое приподнятое настроение, как тонкий аромат дорогих духов. Это удовольствие было не из дешёвых, позволить себе которое могли только зажиточные аристократы. А потому обычно таких музыкантов нанимали для мероприятий в столице.
— Вы заметили? — Игорь Геннадьевич Жиляев улыбнулся одними уголками губ и взял бокал шампанского с подноса официанта. — Я привёз их с собой. Хотелось сделать вашему городу небольшой подарок.
— В таком случае вы бы лучше привезли лекарей, — хмыкнул я.
— Что, простите?
