Сложнее было включить телефон, аккумулятор которого сильно пострадал в мире демонов и вздулся. Но с пятой попытки смартфон всё же включился, и мне удалось совершить всего один звонок. Правда, на том конце никто не ответил… а зарядки оставался один процент… Поэтому я отправил сообщение и принялся ждать, надеясь, что мне всё-таки удалось разбудить абонента.
В моём случае вызывать скорую или полицию было бы ошибкой. Тогда бы я точно оказался во всех завтрашних новостях… А мне хотелось сохранить хотя бы толику своих способностей в секрете.
Арсений Павлович прибыл быстро — забрал нас на своей машине, не задавая лишних вопросов.
Надо было видеть его удивлённое лицо… Хотя надо отдать ему должное. Мужчина быстро помог положить девушку в машину и до поры до времени не давал волю своим эмоциям.
Скорую вызывать не стали — да и зачем, если он сам лекарь? Кто, как не отец, лучше справится с лечением своей дочери от истощения после пребывания в демоническом мире?
Этим он и занялся в первую очередь. В течение часа лекарь не отходил от девушки ни на шаг.
Я же тем временем хозяйничал на кухне: разогрел мясную запеканку, вдоволь наелся, напился чаю. И только потом хозяин дома, наконец, вышел ко мне.
— Александр Олегович… Это настоящее чудо! — воскликнул он, всё ещё находясь под впечатлением.
— Это скорее везение, — возразил я. — Вам просто повезло, что она осталась жива. К тому моменту, как я её нашёл… Демоны уже начали подготовку к ритуалу. Она попала к низшим.
— Не совсем понимаю в чём разница, — помотал головой лекарь.
— Какое-то время кланы сражались за право принести её в жертву. Затем началась подготовка девушки, чтобы выкачать из неё максимум энергии. Это заняло несколько недель. Её поили зельями, настраивали её ауру так, чтобы после жертвоприношения её энергия распределилась на весь клан. Именно это в итоге и спасло ей жизнь. Если бы её отдали одному из Владык или высших демонов… она была бы уже мертва. Так что это просто удача. Не более того, — заключил я и сделал глоток чая.
Не нравилось мне, когда люди ассоциировали подобное с чудесами. Я в них не верил. Это не физика или магия, которая имеет свою систему.
Арсений Павлович ошарашенно посмотрел на меня и продолжил:
— Я всё равно премного вам благодарен. Вы её спасли. И я понимаю: больше никто… никто в этом чёртовом мире на это не способен.
Он замолчал, глядя в свою кружку, потом снова поднял на меня взгляд:
— Вы тот человек, который дал нам всем надежду.
— Надеюсь, вы понимаете, что не стоит распространяться об этом дальше, — строго сказал я. — Да, в ордене об этом знают. Но там работают не дураки, и они не станут кричать направо и налево, что я умею… искать того, кого надо.
А после произошедшего они мне точно список приоритетных личностей предоставят…
— Конечно, — кивнул он.
— Об этом скоро узнает и верхушка власти, — задумчиво продолжил я, готовясь к последствиям. — Это было неизбежно ещё в прошлый раз… когда я вытащил тех двух девушек. Вы, кстати, слышали о них в новостях?
— Да, — медленно кивнул он. — Но там говорилось, что их не успели забрать в демонический мир.
— Это была ложь, — улыбнулся я. — Вы прекрасно знаете: Святой орден умеет манипулировать сознанием людей.
— Значит, они выкрутятся и в этот раз… — пробормотал Арсений Павлович. — Так что для народа эта информация останется недоступной. А я никому не скажу, — пообещал он, взглянув мне в глаза.
— Не сомневаюсь, — кивнул я. — Вам не нужны проблемы с орденом. Я, на самом деле, только поэтому вас и предупреждаю. Ради вашей же безопасности.
Ведь в случае утечки орден найдет способ наказать лекаря. На это у экзорцистов фантазия очень хорошо развита… и они даже как-то умудряются в своих действиях не противоречить законам империи.
— Александр Олегович… позвольте поинтересоваться?
— Да, слушаю, — кивнул я.
— Если теперь, когда у вас появилась… какая-то неведомая возможность находить конкретных людей, что вы собираетесь делать?
Я не спешил с ответом, хотя заранее его знал. Но не мог знать, как отреагирует Арсений Павлович.
Хотя… стоит рискнуть.
— Не скажу, что буду выбирать людей по принципу: кто богаче или кто знатнее. Для меня это не имеет особого значения.
У меня совсем другая цель. Я не хочу тратить всю свою жизнь на поиск пропавших. Да, это благородно… Да, приятно спасать чужие жизни… Но больше всего я хочу положить конец этой войне.
Да, пока что это лишь мечта. Но иногда… мечты становятся целями.
— На самом деле, мне очень приятно слышать такой ответ, — сказал Арсений Павлович с лёгкой улыбкой. — Если честно, у лекарей с этим тоже есть проблема. Именно поэтому я и задал вопрос.
Он на секунду замолчал, будто подбирая слова:
