А в ордене не любили рисковать понапрасну. И действовали наверняка. Маг рангом ниже не факт, что смог бы уничтожить его, а только изгнал. Если бы никто из магистров не был свободен, только тогда отправили бы аспиранта.
Перед тем как я уходил из ордена, мне выдали положение о конференции, которая начнётся на следующей неделе. Предстояло подготовить речь, а потом меня ждал целый час общения с журналистами, которые попросили выделить им время для общения лично со мной. Очень уж их интересовала моя персона… а вот меня они совершенно не привлекали.
Сперва я хотел отказаться, но Тимур Алексеевич прямо обозначил, что выбора у меня нет. Либо я сам отвечу на все вопросы, либо орден будет придумывать ответы за меня, потому что журналисты в любом случае не отстанут. Он даже сравнил их с неизлечимой болезнью, от которой можно избавиться, только проведя операцию. Но тем не менее не факт, что потом не будет последствий. И тогда я понял, что лучше согласиться на это предложение.
Полина и Тлена, которую теперь домашние звали Татьяной, пока друг друга не убили. И это уже радовало.
— А где Борис? — спросил отец за ужином.
Сони тоже не было. Но, как передали слуги, Годунова обиделась на меня за то, что я не разрешил пойти ей на тот самый приём. Она заперлась в своей комнате, напрочь отказавшись от ужина. У нас здесь не пансионат, поэтому заставлять её никто не стал. Проголодается — сама спустится.
А вот насчёт Бориса отец переживал.
— Сказал, что у него дела, — ответил я, переходя к порции второго.
Полина под руководством Азалии научилась очень вкусно готовить. Правда, теперь её звали Анастасией. Главное, самому не запутаться в этих именах! У меня в доме три служанки, и у каждой по два разных имени.
Долгие годы Анастасия работала прислугой в аристократических домах, и её научили всему, что нужно, чтобы она не отличалась от людей. А потому как моя старшая служанка она обучала остальных.
— Какие дела могут быть у Бориса? Мы же недавно переехали в Москву, — недоумевал отец.
— Олег, он взрослый мальчик, сам разберётся, — вмешался дед.
— Ну знаешь, — хмыкнул отец. — После того, что случилось со всей нашей семьёй, я за всех переживаю.
С одной стороны не хотелось, чтобы отец беспокоился, ведь Борис всего лишь проводил время с Анной. А с другой, я прекрасно понимал родителя — потерявши родных однажды, куда сильнее опасаешься, что это случится вновь.
— Оно и понятно, но не надо превращать это в гиперопеку. Может, он там на свидание пошёл. Не должен же он тебе говорить о каждом своём шаге! — проворчал старик.
— А мог бы и подумать о чувствах отца.
На это дед лишь отмахнулся, не желая продолжать беседу.
— Саш, может, ты знаешь, где твой брат? — обратился ко мне отец.
— Знаю, но не скажу, — улыбнулся я.
— Значит, всё-таки свидание, — сделал вывод отец. — Теперь понятно, почему он не сказал. — Что ж, будем надеяться, что в этот раз он выбрал кого-то более знатного, — он потянулся к бокалу с вином.
Тема отношений Бориса для него была такой же болезненной, как и для моего брата. В этом они никак не могли найти компромисс.
— Если Борису так тяжело с девушками, не представляю, что будет, когда мы покажем своих парней, — улыбнулась Карина.
— Ну, Лиза уже показывала, и ничем хорошим это не заканчивалось, — напомнил дед.
— Там было другое, — отмахнулась Лиза.
Сестра сама не горела желанием вспоминать ситуацию с её недавним ухажёром.
— Саш, может, всё-таки скажешь, с кем Борис пошёл на свидание? — не унимался отец. — В конце концов, я имею право знать!
— Борис сам тебе всё расскажет. Я пообещал ему не говорить, — честно ответил я.
И намеревался сдержать своё слово. Придёт время, и Борис сам всё расскажет.
— Ну, это хотя бы аристократка?
— Ничего не скажу, — продолжил я.
— Эх, — вздохнул отец. — Мне начинает казаться, что с тобой будет ещё сложнее, чем с Борисом.
— Верно, ведь если глава рода выберет простолюдинку, ты точно ничего не скажешь, — усмехнулся дед.
И он был прав. Выбор главы роды никто не сможет оспорить, а на ворчание родни я могу просто не обращать внимание.
— Ты сам женился на девушке из простого сословия, — напомнил дед моему отцу.
— Она была из зажиточной семьи, — начал отец и осёкся. — И почему «была»? Нет, она ещё жива, — поправился он, а затем залпом опустошил свой бокал.
Мать он любил очень сильно. Тема о ней сейчас была ещё более болезненной, чем все отношения Бориса.
— Саша, ты себе уже кого-нибудь присмотрел? — с энтузиазмом спросила Лиза.
Сестра с одной стороны поступила мудро, переведя тему. А с другой, о своих отношениях, которых по факту нет, я тоже не горел желанием рассказывать.
— Нет, у меня пока полно других дел, — помотал я головой.
— Это каких?
— Ну, например, сделать так, чтобы мы не обанкротились, — улыбнулся я.
И с этим, кстати, надо разобраться в самое ближайшее время. Долг семьи Демьяновых ещё не закрыт.
— Понятно, — протянула сестра, поняв, что этот разговор бессмыслен.
— А я тут слышала, что дочь княгини Зеленцовой ищет себе мужа, — сказала Карина.
— И что? — хмыкнул я.
