Поля за окнами поезда сменились перелеском. В те моменты, когда деревья расступались, открывались потрясающие виды на поймы быстрых рек. Временами за деревьями можно было разглядеть селения. В основном это были небольшие деревни и села. Две – три улицы, сходящиеся лучами к центральной площади и церквушке на ней.
«Не хотелось бы, – подумал Георг, – чтобы конечная точка нашего путешествия была такой же. Раза в два побольше – иначе затеряться будет не то, что сложно, а практически невозможно!»
Разом допив остатки кофе из своего стаканчика, молодой инквизитор вернул свои мысли к рассказу господина Джанни.
– На самом деле, случаи горизонтального движения не так уж и редки. За время службы мне доводилось трижды сталкиваться с теми, кого называют хамелеонами. Этот случай (если он подтвердится) будет четвертым. Хамелеоны чрезвычайно опасны! Они могут атаковать противников энергетическими потоками, обходя блоки печатями с помощью возвращения себе материального тела. В открытую выстоять против такого противника ни с ножом, ни с печатью невозможно. Единственный способ победить – напасть внезапно первым.
Георг кивнул.
– Чем более неожиданным будет твое нападение для хамелеона, тем больше окажется вероятность успеха операции.
Тут поезд повернул, и господин Джанни сощурился из-за яркого солнечного света, полившегося в окно. Сидеть так стало невозможно. Инквизитор попытался защититься, задвинув полупрозрачную штору, но лишь убедился в бесполезности данного действия. Георг предложил инквизитору сесть рядом с ним.
– И вот еще что, мой друг, – прошептал господин Джанни, словно только ради этого и поменял место. – Если во время столкновения у тебя появилось преимущество над хамелеоном, если у тебя появилась возможность его уничтожить… Забудь о жалости и человечности! Если, конечно, ты все еще хочешь жить.
Георг подумал, что господин Джанни шутит. Однако лицо инквизитора было совершенно серьезным. Молодой человек постарался сглотнуть образовавшийся в горле комок, но потерпел поражение. Чуть поджав уголки губ, он нервным движение одернул рубашку и отвернулся к окну. Леса кончились, сменившись другими, но как будто уже знакомыми полями.
По прошествии получаса электричка остановилась на нужной станции. Повесив на плечи дорожные сумки, господин Джанни и Георг вышли на перрон. Почти вровень с землей, он был более похож на тротуар, чем на элемент железнодорожной инфраструктуры. Казалось, еще немного и порастет травой настолько, что затеряется среди бескрайних полей, раскинувшимся от станции во все стороны света!
Дождавшись отхода электрички, инквизиторы перешли через рельсы и направились в сторону городка с одноименным названием по колее, явно прокатанной грузовым транспортом.
Георг шел впереди, с каждым шагом все сильнее покрываясь капельками пота. Солнце грело нещадно! Кто бы мог подумать, что всего три часа движения на юг, и весеннее тепло обернется летним зноем?!
Господин Джанни отставал на два шага. Дорожная сумка по-прежнему висела у него на правом плече, но теперь через нее был перекинут пиджак. Рукава рубашки инквизитор закатал до локтя. Манипуляции с одеждой должны были помочь спастись от перегрева. Однако неожиданно обнаружилось, что обнаженная потная кожа привлекает полевых мух. Пришлось господину Джанни добавить к своей ноше пучок травы, которым этих самых мух он то и дело отгонял.
– Да… – протянул Георг, вытирая капельки пота со лба. – По всему видно, что гостей здесь не жалуют.
– Расположение станции еще ни о чем не говорит. Посмотри, – господин Джанни махнул в сторону ручейка, протекавшего в паре десятков метров от их пути, – весной эта речка вполне может разливаться так, что то место, где мы с тобой сейчас идем, оказывается под водой. Поэтому станция и городок расположены на возвышенностях, чтобы их не затапливало.
Георг огляделся по сторонам и согласно кивнул. На слова сил уже почти не осталось.
Впрочем, когда они наконец добрались до города, оптимизма у господина Джанни поубавилось. Это селение ничем не отличалось от увиденных из окна поезда: две с половиной улицы, десятка три домов и белокаменная церковь в готическом стиле, возвышающаяся над пустой рыночной площадью. И как только поселению удалось получить статус города?
В единственной гостинице свободных номеров не оказалось. Две хозяйки сдаваемых комнат им отказали. Еще одно жилье было забраковано из-за сомнительной репутации его владельца. На этом центральная улица закончилась. Инквизитор и его молодой напарник окончательно выбились из сил, и мысли их обратились к ресторанчику, в тени летней веранды которого можно было немного отдохнуть от жары.
– Что ж… делать нечего, – согласился господин Джанни. Пригладив волосы, он улыбнулся девушке на входе и проследовал за указанный ею столик.
