Мы снова двинулись вперёд, проходя мимо трупа Гурона, Везунчик не удержался и от души пнул тело, а я не стал им сообщать, что это был просто носитель частицы Пожирателя, и сейчас винить его было глупо. Вскоре мы вышли к опустевшему лагерю гноллов. Проходя сквозь него, я отметил большое количество костров, как до сих пор горящих, так и уже потухших, но для армии в пятьсот тысяч их было недостаточно, а значит, твари сразу пошли в бой, наверняка рассчитывая попировать уже в городе, а здесь оставили своих самок и небольшой резерв, часть которого Гурон бросил на нас. Лагерь больше напоминал помойку: везде валялись дрова, мусор, элементы доспехов, а возле некоторых кострищ я заметил человеческие кости ещё с кусками мяса на них. Это зрелище предало мне уверенности, значит, не зря я обменял жизни своих родных на жизни детей и женщин. А в конце лагеря людоедов нас ожидала конечная цель нашего пути.
На вытоптанной тысячами лап тварей поляне стоял крепкий коротко стриженный мужчина с голым торсом, с единственной защитой в виде металлического рукава на всю правую руку, который держался на ремне через грудь к поясу. Он мне очень напомнил римского гладиатора, о которых я мог судить из просмотренных фильмов в прошлой жизни.
Всем своим демонским нутром я чувствовал, что перед нами Бессмертный. Это был Пожиратель Жизни, который устроил всю эту карусель с апокалипсисом, и из-за которого уже погибли десятки тысяч разумных. Я не видел боя за столицу, но представлял, какая там была резня, и сколько мёртвых с обеих сторон осталось на том поле.
В каждой руке он держал скрученную цепь, на конце которой болталась глефа – длинный наконечник, заточенный с обеих сторон, напоминающий широкий и чуть изогнутый меч. Подобное оружие я никогда не видел в действии, но пригодилась информация, которую мне дали вампиры, когда я только попал в этом мир и гостил в замке у лорда Лугата. Непрофессионал, рискнув воспользоваться подобным оружием, обязательно сам себе раскроил бы черепушку, но в умелых руках глефы на цепях делали бойца непобедимым, такого можно было задавить только толпой или гасить из арбалетов. И туповатая секира, которую я выдернул из поломанного трупа гнолла, сейчас выглядела смешно, но другого варианта у меня не было.
– Я ждал вас и хочу с вами поиграть, – сообщил Атона-Макр на общем наречии этого мира, – За миллионы циклов изоляции у меня было мало развлечений, поэтому не буду убивать вас сразу, но вы всё равно здесь подохнете. А ты, Демон, убил моего аватара! За это ты умрёшь последним, но сначала посмотришь, как уходит жизнь из твоих друзей.
– Неужто тот кусссок дерррьма, что из него вылеззз, верррнулся к сссвоему папашшше? – сдерзил я в ответ, а у самого было чувство, что я нахожусь в какой-то заурядной компьютерной и туповатой игре, в которой все уровни сводятся к банальному истреблению монстров, в предпоследнем уровне надо убить главного монстра, которым оказался Гурон, и вот сейчас мы дошли до финала, и надо завалить главного злодея и босса. Вот только отличие от игры было в том, что сохранение здесь не предусмотрено, и второй попытки не будет.
– Зачем тебе всё это? Может, просто свалишь в какой-нибудь тихий мирок и будешь там жути наводить? Мы-то чем тебя расстроили? – не побоялся нахамить гном, хотя всем нам уже опасаться было нечего, каждый знал, что идёт на смерть.
– Этот мир напоминает мне о моём поражении в схватке с демиургами, и я уничтожу его. Демиургов больше нет, так что не переживай, гном, другие миры я тоже обязательно осчастливлю своим появлением. А вы просто-напросто жалкие микробы, живущие короткий миг в равнодушной вселенной, и ваша смерть служит всего лишь пищей для такого могущественного существа, как я. К тому же я люблю вести себя адекватно, жаль, что не умею! – насмехаясь над нами, ответил этот больной на голову маньяк.
– Эта напыщенная гнида ещё и шутить умеет?! – хмыкнула Виола.
– А не боишься мироззздание расссердить? – поинтересовался я, пытаясь оттянуть время начала схватки, чтобы успеть придумать хоть какую-нибудь уловку, но в голову ничего не приходило. Существо, стоящее перед нами, действительно, было очень могущественным, и ему нас раздавить, всё равно, что высморкаться.
– Если бы я был неугоден мирозданию, то оно уничтожило бы меня ещё миллионы циклов назад. И если оно позволило мне освободиться именно сейчас, то, значит, ему необходимо, чтобы я подчистил миры от таких паразитов, как вы, – ответил этот ублюдок, одержимый манией величия, и, судя по всему, он искренне верил в свою индивидуальность и высшее предназначение. Хотя, может он был прав, и мироздание, действительно, его вытащило из могилы, чтобы поработать санитаром леса в бесконечности миров, но это мы скоро выясним: тот, кто останется жив, за тем и будет правда.
– Ну, хватит болтать! Начнём! – гаденько усмехнулся Пожиратель, сбросил лезвия глеф на землю и ринулся в бой.
ВИОЛА ДЭ МОР.
