— Хочешь сказать, я должен игнорировать свои чувства?! — Ян вызывающе посмотрел на меня. Я усмехнулся: ну хоть какие-то эмоции начал проявлять.
— Не хочу. Пойми, когда кот не охотится на мышей и ссыт в доме — его однажды могут утопить. Это не значит, что кот плохой. Он всего лишь не устраивает других.
Юноша некоторое время молчал. Его взгляд снова потух, а руки потянули поводья без особой причины. Конь остановился, неверно истолковав знак всадника. Я с раздражением придержал скакуна.
— Ян! Чего скис? Поторапливайся, я не хочу, чтобы ты опять получил пулю в затылок!
Лошадь, получив тычок шпор в толстую шкуру, вновь пошла вперед.
— Ты говорил, что не будешь меня спасать.
— Я и не спас. Тебе помогла Тласолтеотль — богиня греха. За определенную плату залечила тело.
— Что за плата?
— Всего лишь съела подгнившие кусочки твоей души. Ничего такого, о чем стоит жалеть.
— И… Она сможет сделать это еще раз?
— Боюсь, если прямо сейчас решишь умереть, твоя душа ей не приглянется. Ей нужна плата.
Гром взорвался, ударив по ушам сильнее прежнего. Ян вздрогнул. С усмешкой бросив взгляд на спутника, я посмотрел вперед. Белесая стена дождя мешала рассмотреть горизонт, но это было не так важно. До города ехать еще долго. Ливень наверняка успеет закончиться к тому времени.
— Джордан, что мне теперь делать?
— Молчаливо следовать за мной. Не лезть в неприятности. Питаться регулярно. Пить воду. Нанимать проституток, если станет одиноко.
— Я не стану заниматься этим с…
— С женщинами? Или со шлюхами?
— С ними, — закончил Ян.
— Почему? Женское тело чем-то провинилось перед тобой?
— У него нет того, что мне нужно.
Я расхохотался.
— Черт возьми, Ян. Хорошо, ответ более-менее. А чем ты можешь заинтересовать мужчину? Что у тебя есть такого, чего нет у женщины?
— У меня есть я.
— Да, есть ты — человек, ради которого нужно нарушить каноны церкви.
— Убийцам, ворам и обжорам терять нечего, — невесело ответил Ян.
— Вот как. А кто тебе больше нравится: те, у кого руки в крови; те, у кого рук вообще нет; или те, у кого они в жиру?
Встретив грустный взгляд, я хмыкнул и отвел коня к краю дороги.
— Не отчаивайся, Ян! Есть еще те, кто изменяет Богу. Язычники и иноверцы. Не такие уж плохие ребята.
***
Дождь. Всепоглощающий.
Пошлет Господь влагу и честивым, и нечестивым, будет сие благословением для благоверных и проклятием для еретичных. Извлечет каждый из дара и проклятия Божьего выгоду и разорение. Истинные познают, и грешники увидят в этом лишь беду.
Мы укрылись среди камней, в небольшом углублении, уходящем вверх. Это можно было бы назвать пещерой, не будь проход в нее завален.
Кони стояли под деревьями. До города чертовски далеко, особенно с нашим темпом. Но я ничего не мог поделать — Ян был обессилен, морально и физически; а лошади рядом со мной становились слишком беспокойными, капризничали и бунтовали. В итоге пришлось дать перерыв и человеку, и животным.
— Где твоя сестра? — спросил Ян, пытаясь разжечь костер.
— За твоей спиной, где же еще? — отшутился я, наблюдая за истязанием мокрых веток. — Брось ты это дело, не будет у нас огня в такую погоду.
— Может, вырвем пару листов из твоего Писания? Это ускорит дело…
— А может, обстрижем тебя? Волосы тоже легко воспламеняются.
— Но они быстро сгорают…
— Мне ничего не мешает проверить, — буркнул я, приподнимаясь с камней. — Так что?
— Издеваешься?
— Что еще мне делать с человеком, который хочет сжечь книгу?
Ян отложил ветки и кисло посмотрел на «кострище». Пнул, разбрасывая хворост. На улице раздался гром.
— Не психуй. Ляг и спи. Нам нужно поскорее уехать, — сказал я, рассматривая кольцо на пальце.
— Спать?.. Я достаточно поспал, пока лежал с пулей в горле.
— Пуля прошла насквозь, так что ты был без нее.
Южанин застонал. Я не смотрел в его сторону, но подозревал, что он в очередной раз состроил недовольную гримасу. Ну и пусть — этот человек начинал меня отягощать, и вместе с навалившимися заботами пришло сожаление. «Зря его спас».
— Джордан, — Ян подал голос только спустя время, когда я уже почти отключился от реального мира. — Мне кажется, наши отношения не складываются.
— Они и не будут. Твоя задача следить, чтобы они не разложились. Ведь тогда ты умрешь, — я, получив в ответ только тишину, недовольно обернулся. — А чего ты хотел? Я не по мужикам. У меня есть сестра, она красивая и достаточно удобная спутница. Думаешь, я предпочту ей обычного человека, который умирает практически от чего угодно, требует постоянной пищи, воды, сна, тепла, уюта? Ты вымотаешься спустя три дня моего обычного с Алисой ритма. А я могу ехать постоянно, мне нужна лишь человечина и минимум воды. Даже спать не обязательно. А еще, ты бесишь мою сестру, и это тоже действует мне на нервы.
— Тогда зачем спас? — сухо спросил Ян.
— Иногда ты все же милый, — признался я.
— «Милый»?.. Как корова, которая для тебя на убой?
— Как теленок.
— Давай драться.
Я посмотрел на парня. «Драться? Он сейчас серьезно?»
— Чего ты хочешь? — поинтересовался я, разматывая бинт с рукояти.
— Джордан, я его второй раз спасать не буду.
— Убей меня, — попросил Ян.
