— Ты не первый, кто задался этим вопросом, — к нам подъехала Сирень. — Но ответ на это очень простой: боги и монстры из разных миров. И когда-то давно было принято решение, что они не вмешиваются в эту войну. К тому же и среди демонов есть сущности, что могут соперничать по силе с богами. К счастью, ни верховные боги, ни архидемоны не способны попасть в наш мир каким-либо способом, кроме как через аватаров. И то это требует очень большого количества ресурсов. Причём как на призыв, так и на поддержание аватара.
— Звучит как-то эгоистично, — поморщился я. — Я видел всего одну богиню, и она с лёгкостью справилась с проклятьем. Почему же не вылечить всех?
— Ты не знаешь обратной стороны монеты, — с грустью вздохнула Сирень. — Здесь всё сложнее. Гораздо сложнее. Определённые действия требуют определённой энергии. При этом количество может быть колоссальным. Боги — крайне могущественные сущности, но и получение энергии для них — та ещё задача. Энергию боги берут от верующих, используют для привлечения новых последователей. Но вот только чтобы стать сильнее, сразиться с другими богами и демонами — такой энергии надо уйму. По сути, вся жизнь бога — поиск шаткого баланса между накоплением силы, поиском последователей, битвами за жизнь и борьбой за власть.
— И поэтому они предпочитают смотреть издалека, как гибнут доблестные бойцы, зачищая прорывы, — с нотками негодования сказал я.
Собеседница глянула в небо и поёжилась.
— Зря ты так. Всё это началось не вчера и не в прошлом веке, хрупкий баланс поддерживается всеми. Согласно преданиям, Боги даровали нам боевую форму, чтобы мы могли защищать землю от монстров. А потом представь сражение на земле сущностей, подобных богам по силе? Что вообще останется рядом? Сколько потребуется секунд на уничтожение планеты?
— Их тоже призвали в этот мир? Или они были в нём изначально?
— Думаешь, что ты тоже бог? — рассмеялась Сирень. — Нет, ты хранитель. Артефакт переносит сюда того, кто здесь и сейчас может помочь.
Мозг зацепился за знакомое слово, которое я уже слышал, но как-то забыл уточнить, что оно вообще значит.
— То есть даже неслучайного человека? — удивился я.
— Нет. Тут должны были сойтись множество факторов. Твоя смерть там, нужда здесь, призыв, навыки для выполнения задачи. Ты уже не раз подтвердил, что артефакт не ошибся.
— Моя смерть… там? — глухо повторил я.
Гнев толчками разливался по телу, отзываясь болью в грудной клетке. Мне было горько осознавать это, но я больше не вернусь в свой мир. Не будет никакого успешного завершения квеста, выхода из неведомой игры. Нет. Мне суждено провести здесь остаток жизни.
— К сожалению, всё так, мне жаль, что тебя это так расстроило, — Сирень положила мне руку на плечо, стараясь поддержать.
Мне же просто хотелось остаться одному. Как-то по-разному ощущаешь момент, когда ты предполагаешь о смерти и когда тебе об этом говорят. И пусть я вроде бы жив, существую, но вся моя прежняя жизнь мертва, от неё одни лишь воспоминания. Кивнув девушке, я пришпорил лошадь и ускакал вперёд.
Мне хотелось хотя бы немного привести мысли в порядок, потому что внутри была гнетущая пустота. Впрочем, из виду я остальных не терял, да и по сторонам смотрел.
Мы проехали одну из перевалочных деревень и уже скакали по пустой дороге. Но нам попались лишь пара караванов, да отряд стражников. Вот уж реально — пустошь.
В какой-то момент я всё же выдохнул и придержал коня. Меня быстро догнал Виктор. Он серьёзно на меня посмотрел и молча поехал рядом. Через минуту подъехала и Сирень с Адель. Девочка сидела перед матерью и с восторгом держалась за гриву серой лошади, которую же сама умудрилась заплести перед выездом в город.
— На привале займёмся тренировками, — сказал Виктор. — Я видел, как ты дрался с разбойниками, и это никуда не годится. Так что встанешь против меня клинок в клинок.
По его тону я вдруг понял, что он решил взяться за меня с полной отдачей.
— Драться будет мечами, обмотанными тряпками? — на всякий случай спросил я.
— Дай-ка подумать, — он действительно замолк на долю мгновения, а потом добавил. — Нет.
— Держи меч ровнее! Должна работать только кисть!
Виктор разошёлся не на шутку, пытаясь вбить в меня науку мечного боя. Мы всего как полчаса остановились на небольшой полянке, и вот у меня уже в руке меч, и я выполняю знакомые движения.
— Ты медленный. Ещё раз и быстрее!
Его команды напоминали мне бурную молодость, когда я решил записаться в первую в жизни секцию. Выбрал, как и многие мальчишки в моём дворе — футбол. Наш тренер, Василий Михайлович, говорил то же самое, подгонял и всё надеялся, что из нашей банды выйдет толк.
— Тебе нужно больше практики! И упорства, — вот опять, все те же слова.
Разница была лишь в том, что сейчас Виктор учит меня сражаться за свою жизнь, а не пинать мячик под вой толпы. А это гораздо более сильная мотивация, как по мне.
