– Это так, у аристократии есть такое право. – Он скидывает капюшон и под ним оказывается… дядя Лютус. – Но у аристократии нет права вызывать демонов и брать его силы! Что же ты натворила?! – Он разводит руками, Вивьена осматривает руины и десятки окровавленных тел. – Мы всё знаем. – Продолжает священник. – Ты вызвала демона вместе с целительницей Кирой Неймец. После чего подписала с ним контракт, по которому он получает тело, взамен излечив Инку от паразита. Ты не остановилась и, призвав к его силе, “извлекла” из тела сестры паразита и отправилась к Вылхольмам. Которые по твоим суждениям и причастны в заражении Инки. Кроме того ты украла сильные артефакты из родовой сокровищницы, и судя по демонической энергии вокруг, призывала силы демона для бойни. Поэтому я повторю вопрос. Зачем?
Вивьена нисколько не раскаивалась за содеянное. – Они получили по заслугам. Я не могла и не желала видеть, как моя сестра медленно истощается до состояния скелета! Я не могла позволить выжить никому из этих ублюдков! – Злобно шипит Вивьена.
– Не могла… – Покачал головой Лютус. – Будет тебе известно, что приказом твоего отца, за твои действия ты изгоняешься из рода! Лишаешься всех титулов и привилегий члена аристократического рода!
– Это не может быть! – Вивьена просто не поверила в это, не мог с ней отец так поступить… не мог.
– Он лично сообщил о ритуалах вызова демона, сознавшись во всём, опираясь на слова Инки. За счёт его признания и предупреждения Святой Церкви Солуза и рода Вылхольмвов, он получает прощение. – От этих новостей у девушки подкосились ноги, и она упала, со звоном выронив копьё.
– Не может быть… – Шептала Вивьена затуманенным взором осматриваясь, но всё казалось как в сером тумане.
– За свои преступления Вивьена отречённая родом ты проговариваешься церковным судом к казне через очищающее пламя! – На этих словах перед глазами вспыхнул яркий свет, и она перестала чувствовать тело. Остались лишь звуки на краю сознания, но и они были не долгими, после опустилась пелена забвения.
***
***
Кира сидела в таверне “Янтарный Василиск”, сейчас таверна была битком забита народом. Однако никто не стремился подсаживаться за стол, где сидела одинокая девушка. Для этого было сразу несколько причин, во-первых она маг, а во-вторых, Малифест подобного может не оценить и ссориться с демоноборцем, которого поддерживает местный Герцог, никто не спешит.
После победы у Малифеста прибавилось работы, он говорил победные речи, призывал людей к стойкости, чтобы вынести все грядущие испытания и прочее-прочее. Герцог лично объявил ему благодарность и нарёк другом своего рода, что огромная честь для любого человека… Вот только он не человек. С Герцогом Владом они о многом говорили, но о чём конкретно девушка не знала.
Сейчас девушка выпивала четвёртую по счёту кружку медовухи, Кира обычно не замечала за собой стремления к пьянству. Но навалившиеся мысли последних дней на трезвую голову не решаются. То, что местные храмовники оказались скрытыми культистами Кира не поверила. Только опросы солдат из тех, кто её обычно сопровождают, это подтвердили. Всё же слухи в армии распространяются быстро. И опрос прямого участника, встретиться с которым помогли всё те же воины из сопровождения. Только тогда она была готова поверить, ибо ужасы, что он описал, не могут присниться и в кошмаре, как глаза полные страха, когда он об этом говорит, не могут быть актёрской игрой. У самого Малифеста она тогда ничего не спросила, тот был занят подготовкой к осаде, зачитываясь полученными фолиантами.
Кира вспомнила странный акт альтруизма с его стороны. Избавив бедную девушку Анну от проклятия, как он сказал из прихоти. Кира видела девушку и после она иногда приходила в таверну, явно в поисках своего добродетеля. Но о большем Кира не знала и не спрашивала.
Спасение женщин из плена бандитов, по большому счёту не имело для него смысла, но он это сделал. В деревне, в которой они останавливались перед Празном, очень уж странными были прощания между ним и несколькими деревенскими. К тому же пара семей оказалось здорова, и несла следы недавнего лечения.
Лишь последние действия со спасением города, явно несли для него смысл в создании собственного культа. И то она это знает и понимает только по тому, что он сам об этом сказал. Но зачем он это сделал? Кира совсем не понимала не логики, ни мотивов в некоторых его действиях.
От мыслей Киру отвлёк поднявшийся гул из людских голосов, кому он был адресован, понять было не сложно. В таверну зашёл Малифест, который последние дни ходит без шлема, чтобы все могли увидеть его лицо. В основном ему говорят слова благодарности, выражают почтительность, кто-то кланяется. А он лишь приветливо улыбается и отвечает короткими фразами.
– Всем выпивка за мой счёт! – Оглашает он, прежде чем сесть напротив Киры, толпа одобрительно гудит и возвращается к своим делам.
– Ты же не просто так тут напиваешься? – Уточнил Малифест. – Должна быть явна причина этому, и судя по буре эмоций в ауре, тебе есть, что сказать мне.
