Джером достал из сумки небольшую бутыль с ромом и шейный платок. Порвав его на небольшие лоскуты, он сполоснул каждый лоскут ромом и начал осторожно вытирать ее раны. Она поморщилась от неприятных ощущений, пробивавшихся сквозь сон. А Джером продолжал обрабатывать рубцы на ее стопе, не осознавая, с какой нежностью и осторожностью это делал. Он уже закончил перебинтовывать одну ногу, когда Джесси начала просыпаться.
Она не понимала, откуда взялась эта боль. Джесси была погружена в кромешную тьму своих кошмаров, когда почувствовала, что сквозь ее подсознание прорываются острые мучительные ощущения. Но откуда они? Из ее сновидений? Или же сейчас боль ее прошлого превратилась в явь? И теперь демоны терзают ее тело. Демон! Разум Джесси начал хаотично вспоминать все произошедшее с ней.
Демон забрал ее. Потащил за собой в пучину смерти и вечной черноты. Но она дышит. Джесси дышала так быстро и глубоко, как будто пыталась попробовать воздух на вкус, чтобы понять, правда ли она еще жива. И тут снова появилась боль. Такая реальная и отрезвляющая. Джесси начала приходить в себя. Она чувствовала прикосновения к своим стопам. Что-то теплое касалось ее. Медленно она начала открывать глаза. Джесси не понимала где она находиться. Ее взгляд скользнул по переливающимся языкам пламени, извергающимся из костра рядом с ней. Затем она наткнулась на янтарные глаза.
— Пришли в себя, дорогуша? — Тихо спросил Джером.
Джесси вскочила с места так, будто на нее вылили горячую воду. Ее глаза широко распахнулись, и она уставилась на своего похитителя. Что он с ней собирался сделать? Джесси перевела взгляд на свои ноги.
«Вот откуда эти покалывания» — пронеслось в голове у Джесси.
— Я обработал вам раны, — нарушил молчание Джером.
Он не двигался под ее пристальным и испуганным взглядом, боясь еще больше спугнуть девушку. Затем продолжил:
— Я заметил, что на ваших стопах кровоточащие рубцы, и хотел промыть их, чтобы раны не загноились, — объяснил он.
Кажется, девушка начала понимать сказанное им. Она переводила взгляд то на свои ноги, то на Джерома. Понимает ли она, что он хочет помочь ей?
Джесси в этот момент была шокирована. Этот верзила — похититель позаботился о ее ранах? Но зачем? Ей были не понятны его действия. Еще утром он грозился избить ее за малейшее ослушание, а сейчас ухаживает за ее ранами. И делает это на удивление нежно, для такого как он.
— Не нужно, — пробормотала Джесси. Но это вышло так тихо, что казалось, она и вовсе ничего не произносила. Во рту ее пересохло, и голос совсем осел. Она попыталась прочистить горло, но ничего не вышло. Нужно было чем-то смочить его, что бы она смогла вымолвить хоть слово. Ее организм совсем был обезвожен. И она закашлялась. Как по велению у ее рта оказалась кружка, и лунные глаза просили Джесси выпить ее содержимое. Что она и сделала. Божественная прохлада разлилась по всему ее горлу, а Джесси пила без остановки и полностью осушила кружку. Удовлетворенно вздохнув, она вновь обратила взгляд на своего похитителя. Он, не отрываясь, наблюдал за ней.
Уже совсем стемнело, и отблески костра ярко играли на его сосредоточенном лице. Джесси вновь подумала:
«Какой он красивый, а ночь и блики от костра добавляют ему загадочности». Но быстро прогнала эту мысль. Она протянула назад ему кружку, и Джером, молча ее забрал. В этот момент их пальцы слегка соприкоснулись, и как будто молния пронзила Джесси. Она мгновенно отдернула руку и прижала ее к себе, словно защищаясь. Что она только что почувствовала? Ее сердце гулко застучало.
Лицо Джерома искривила насмешливая улыбка, и он многозначительно хмыкнул. Он увидел огоньки страха в ее глазах и его это задело.
— Не бойся дорогуша, я не кусаюсь, — ехидно проговорил Джером. Он поставил кружку около себя и взял в руки лоскуты бывшего платка.
Джесси пришла в себя и поняла, что он хочет продолжить перевязывать ее ногу. Она не хотела, что бы он к ней притрагивался. Ее пугали эти ощущения, которые он вызвал в ее душе.
— Не трогайте меня. Я и сама могу с этим справится. Мне не нужна ваша помощь. — С этими словами она выхватила из его рук лоскуты ткани, и принялась обматывать ими свою ногу. Но как Джесси не старалась у нее это плохо выходило. Она морщилась от неприятных ощущений, вызываемых от прикосновения ткани к ее ранам. Но упорно продолжала возиться. Она дергала и крутила ткань со злостью, на которую — как, оказалось — была способна. Нет. Она не примет помощи от него. Джесси сама может о себе позаботится, что и делала все это время.
Тем временем Джером оставил ее бороться наедине со своим упрямством. Ее отвержение помощи забавляли его.
Молча он подошел к сумкам и достал плоскую железную тарелку. Он положил на нее несколько кусков свежего мяса, и принялся обжаривать его. Ему пришлось вернуться к девушке для того что бы взять кружку. Судя по всему, она кое-как справилась со своей — не легкой для нее — задачей.
