Джером набрал полные легкие воздуха, и исчез под кристальной гладью воды, оставляя после себя лишь колебания небольших волн. Джесси не теряя момента, за добрые, три шага достигла своей цели, схватив в охапку его вещи, она стрелой кинулась обратно. За спиной раздался звонкий всплеск, по всей вероятности Киллар вынырнул из водной пучины, но ей было уже все равно, так как, она уже кое-как залезла на коня и двинула его пяткой в бок. Деамоний незамедлительно принялся выполнять поручение. Выехав из пещеры, она пустила Деамония галопом, и они помчались навстречу к свободе.
Джером обернулся на странный звук, замерев, он прислушался.
Слишком тихо…
Киллар насторожился. Выйдя на берег, он не обнаружил своих вещей. Он издал дикий рык, исходящий из самих глубин его существа. Бешеный гнев переполнял его.
«Черт, я убью ее».
Проклиная и чертыхаясь себе под нос, Джером кинулся ей вдогонку. Выбежав из пещеры, он увидел ее силуэт скачущий уже довольно далеко от него. Ему ни за что нельзя упустить ее. Выкрикивая грязные слова, он пулей ринулся за ней.
Несясь во весь упор, Джесси уже была в предвкушении и ликовала вовсю. Она обернулась из любопытства, посмотреть обнаружил ли Киллар побег. К ее огромнейшему разочарованию она увидела его, несущегося как дикий вепрь за ней. Джесси даже могла разглядеть его перекошенное от гнева лицо, но она не волновалась, ведь он никогда не сможет догнать ее.
Джесси обнаружила, что этот великан мчался за ней совершенно обнаженный, и очевидно Киллара не волновала его нагота. Видимо жажда ее смерти для него была куда важнее. Джесси позабавила вся эта картина, и она залилась веселым смехом, запрокинув назад голову. В этот момент порывистый ветер вырвал из ее рук вещи Киллара, и подхватил их играясь. А затем бережно положил свою игрушку на землю.
Вероятно, ее смех долетел до него, так как Джесси сквозь гудящий в ушах ветер услышала его рычание. Еще раз, обернувшись, она увидела, что Киллар уже подхватил свои штаны и надел их. Но как бы быстр не был этот тигр, Джесси была уже слишком далеко. Она уже видела трапу, с которой они сошли, поворачивая сюда, но Деамоний неожиданно остановился и принялся идти назад. Джесси начала паниковать, недоумевая, что же произошло.
Выбившийся из сил, Джером тяжело и глубоко дышал. Эта проклятая женщина заплатит за то, что заставила его гнаться за ней по всей прерии. Он набрал полные легкие воздуха, вложил два пальца в рот и что есть мочи свистнул. Этот звук достиг ушей теперь уже и Джесси. Деамоний уже скакал во всю к своему хозяину, а сидевшая на нем девушка была готова, от страха и осознания дела, грохнуться в обморок.
Джером видел неподдельный страх на ее — раскрасневшемся от скачки — лице. И на его разгневанной физиономии медленно растекалась дьявольски зловещая ухмылка. Он уверенно шагал к ней, любуясь, как бьется в панике его пташка. Как дико она начала вертеться на коне, ища хоть какой-либо выход.
Джесси видела, что Киллар стремительно к ним приближался, и она решилась на безумный шаг. Перекинув одну ногу через спину лошади, Джесси осталась висеть лишь на одних руках, вцепившись в вожжи. Ее маленькие ножки болтались в воздухе, пытаясь нащупать твердую почву под собой. Но все было тщетно, Джесси оказалась слишком мала ростом, и у нее был всего единственный выход — прыгать. С трудом разжав онемевшие пальцы, она с визгом полетела вниз.
Удар пришелся на что-то мягкое и в то же время твердое. По очереди она открыла зажмурившиеся глаза и увидала разгневанное лицо Киллара. Воистину Господь хочет ее смерти. Иначе, почему ей так безустанно не везло?
Джесси виновато поджала губы, словно провинившийся ребёнок. Затем часто заморгала своим чёрным веером из ресниц.
— Вы уж решите Киллар, спасаете меня или же истязаете. Ваши поступки сбивают с толка, — бесстрастно сказала Джесси, глядя на него.
— Дорогуша, вы не представляете какое удовольствие вас спасать из бед, в которые вы по своей же воле попали, — его лицо ничего не выражало. — Но истинное наслаждение мне приносит ваши наказания.
— Я вас не боюсь, — продолжала строптиво Джесси, упрямо собрав руки на груди. — Сами говорили, что ничего мне не сделаете.
— Видимо, вы еще не осознали своего положения, иначе не стали бы меня злить своими глупыми поступками.
— Я осознала.
— Не думаю, — заключил он и впился своими губами в нее.
Джером намеренно причинял ей боль. Он одним взмахом руку разодрал ей ворот платья, оголяя ее шею и нежные ключицы. Джесси сопротивлялась и била его в грудь, но она причиняла больше боли себе, нежели ему. Он был безжалостен, терзая ее губы. Такого поцелуя Джесси не испытывала. Он не приносил ей ничего кроме боли. Затем он оттолкнул ее, и Джесси рухнула на землю. Джером стоял над ней, — воплощение безжалостности. Такой сильный, красивый, но такой жестокий. Джесси задрожала.
— Уверяю вас, вы заслуженно получите своё наказание и это не будут просто поцелуи, — угрожающе заключил он. — Скажите мне, что вы осознали?
— Вы собираетесь меня изнасиловать.
— Что еще?
— И…и я не могу вас остановить.
