Так они провели остаток дня. Уже ложись спать Джесси не могла найти себе место. Она, нервничая, ходила кругами по комнате. Джесси хотела решиться на откровенно безумный поступок. Как ей еще обратить внимание Джерома на себя? Джесси долго не признавалась себе, что она безумно жаждала его. В голове все время крутились мысли о той ночи проведенной с ним. Эти сладкие воспоминания сейчас резали сердце. Она не могла понять, почему после той ночи он больше не подошёл к ней ближе трех шагов. Но сейчас она хотела изменить все это. Подождав пока все утихнет, Джесси осторожно вышла за дверь и на цыпочках подошла к комнате, где обосновался Джером. Сквозь небольшую щель горел свет. Не мешкая, она проскользнула внутрь.
Джером сидел на кресле у окна, спокойно потягивал виски и пялился на черное небо. Была бы здесь Джесси, она бы явно не осталась равнодушной к такой красоте. И определенно бы бросила в его сторону что-то вроде: «Такое же черное, как и твоя душа».
Уголок его рта тронуло мягкая улыбка. В тишине и спокойствии этой комнаты он без устали грезил о ней. Эта женщина не хотела покидать ни его мысли, не его голову, не его сердце. Все это время он пытался держаться от него подальше, чтобы уберечь ее и себя. Видит Бог, каких усилий ему это стоило. Всё его существо кричало не отпускать эту женщину, но другая сторона, говорила, что она ему не принадлежит. И у него нет никакого права удерживать ее в заточении.
Эти тяжёлые мысли он пытался заглушить алкоголем. Но все что у него получилось это только напиться еще сильнее. И теперь ее образ терзал его всего, ее глаза цвета луговой травы, губы, словно нежные персики и ласковые руки так радостно гладящие его. Он закрыл глаза в надежде уснуть и больше не проснуться, что бы не переживать вновь такие терзания.
Но даже в таком полу забвении его тело напряглось от ощущения чьего-то присутствия. Не открывая глаз, он прислушался к легким воздушным шагам. Джером с легкостью мог понять, кто это был, но ему тяжело было в это поверить. Для чего она могла прийти к нему?
Она увидела, что Джером сидел на кресле в расслабленной позе. Очевидно, он уже спал, так как рядом на столе стоял полупустой графин с кофейной жидкостью. Теперь она осознавала глупость своего визита. И всю неловкую ситуацию, если бы он ее тут увидел. И Джесси решила как можно скорее капитулировать.
— Я уж решил, что ты приведение, — услышала она легкий баритон. Джесси застыла. Обернувшись, она встретилась с его бездонными янтарными глазами. Джером прожигал ее своим взглядом, не моргая.
— Или же просто очередное видение, которое пришло меня терзать. Я знаю, тебе это приносит колоссальное удовольствие, — ему тяжело было говорить, из-за — так усердно — выпитого виски.
Она не знала, видит он ее в реальности или как наваждение, но она не хотела отступать. Она медленно шаг за шагом приближалась к нему. Ее тело трясло от неизвестно чего, то ли от предвкушения, то ли от страха. Это мужчина настолько был огромным, что занял полностью своим тело большое кресло. Его поза казалось совершенно расслабленной, но Джесси заметила, как сжалась его челюсть, и ей даже показалось, что от напряжения скрипнули его зубы.
Может, это было плохой идеей? Прийти ночью к мужчине. Тем более к такому как Джером Киллар, опасному, грубому, бесстрашному, бессердечному, но такому привлекательному и притягательному.
— Разве сейчас это имеет значение? — почти шёпотом проговорила Джесси.
— О, да, дорогуша, — томно заявил он, не шевелясь. — В моих ведениях ты сама приходишь ко мне, в большинстве случаев совершенно обнаженная и просишь взять тебя. А в моей — насмехающейся на домной, — реальности, ты ненавидишь меня. Всей своей огромной душой.
Неужели он мучается так же, как и она? Или же это просто игра слов.
— Остановись, — приказал ей Джером. Но Джесси продолжила медленно идти к нему.
— Тогда сегодня я хочу быть твоим видением, — она остановилась в двух шагах от него. Джесси медленно спустила ночную рубашку со своих плеч на талию, предоставляя Джерому на обзор свою налитую грудь.
Его руки вцепились в поручни кресла и сжались так, что все костяшки пальцев мгновенно побелели. Что это за пытки такие? Он был твердо уверен, что сдержит свое слово. До этого момента.
Но черт, это было невозможно. Сбылись все его грезы о ней. Джесси, стоящая в его комнате перед ним, полуобнаженная и зовущая его. Даже святой бы не выдержал, а Джерома никак нельзя было назвать святым. Со звериным рыком он в мгновение оказался перед ней. Тяжело дыша, он сверлил ее своим проникающим в само сердце взглядом. Как же она была прекрасна. Река ее длинных волос, струившаяся по плечам к узкой талии, горела огнем. Жадные языки пламени от камина нагло лизали ее тело, и Джером как ревнивец захотел быть этим пламенем, что бы так же просто гладить и наслаждаться ее телом.
