Криминальный мир нежити славного своей преступностью города Цинциннати. Вампиры, чьей территорией считаются стильные клубы. Оборотни, подстерегающие жертв на тропинках ночных парков. Демоны, с наслаждением выпивающие души из зазевавшихся колдунов. Полиция не может, да и не пытается справиться с подобным «контингентом».Значит, здесь начинается работа для стрелка Рейчел Морган — «охотницы за наградами» в лучших традициях вестерна и достойной соперницы Аниты Блейк и Гарри Дрездена!Когда-то Рейчел совершила ошибку: чтобы спасти своих друзей, она заключила союз с демоном. И теперь придется платить по счетам. Демон вырвался из тюрьмы — и идет по ее следу, чтобы получить принадлежащее ему по праву. Если Рейчел хочет освободиться — ей предстоит поставить на карту не только свою жизнь и душу, но и много, много большее.
Тому, кто знает: чем дальше, тем чудесатей.
Я наклонилась над стеклянной витриной, убрала с нее упавшие концы шарфа и прищурилась, пытаясь прочесть ценники на дорогих палочках красного дерева — они там лежали в герметичных стеклянных саркофагах, как Белоснежки. Хотя и нечего было их читать, во-первых, у меня на них денег нет, а во-вторых, закупаюсь я сегодня не материалами для работы, а игрушками для маскарада.
— Рэйчел? — позвала мама от другого прилавка. Она улыбалась, показывая на витрину с расфасованными травами. — А что, если Дороти? На Дженксе вырастим шерсть, и он сойдет за Тотошку.
— Да ни в жисть! — завопил Дженкс так, что я вздрогнула. Он взвился вверх из теплого гнездышка, которое свил в шарфе у меня на плече, золотая пыльца посыпалась на витрину, осветив тусклый вечер солнечной вспышкой. — Щас я вам стану изображать собачку и раздавать конфеты! Тинки при Венди вам тоже не будет. Оденусь пиратом.
Он уселся на соседнюю витрину — с дешевыми штырями красного дерева для изготовления амулетов.
— И вообще дурость это — парные костюмы.
Я с ним была согласна в душе, но промолчала и отлепилась от витрины. На палочку у меня никогда свободных денег не хватит. К тому же при моей работе самое главное — универсальность, а палочки рассчитаны на один тип чар каждая.
— А я оденусь героиней последнего вампирского триллера, — сказала я маме. — Помнишь, там истребительница вампиров влюбляется в свою жертву?
— Ты будешь истребительницей? — спросила мама.
Слегка зарумянившись, я прихватила со стойки у кассы неактивированный амулет для увеличения бюста. Объемом бедер я вполне могла поспорить с той актрисой, которой собралась подражать, но моя так называемая грудь с ее магически улучшенным декольте и в сравнение не шла. А у нее наверняка бюст магически улучшен. От природы одаренные дамы так резво не бегают.
— Нет, вампиром, — смущенно сказала я.
Истребительницей оденется Айви, моя соседка, и хоть я и против парных костюмов, но я точно знаю — стоит нам с Айви в таком виде явиться на вечеринку, и у всех челюсти отпадут. А ведь для того все и делается ведь? Только на Хэллоуин и позволяются чары двойников — и внутриземельцы вместе с самыми отважными из людей вовсю ими пользуются.
Мама призадумалась на миг, потом ее лицо просветлело:
— А! Та брюнетка, да? В прикиде, как у проститутки? Вот блин, даже не знаю, возьмет ли моя швейная машинка кожу.
— Мама! — не выдержала я при всей привычке к ее формулировкам и отсутствию даже намека на такт. Что у нее на уме, то и на языке.
Я глянула на продавщицу за стойкой, но та явно уже была знакома с моей мамочкой, так что и глазом не моргнула. Как правило, народ шарахался от дамы в вышедших из моды брючках и ангорском свитере, щеголяющей лексиконом портового грузчика. Ну, и все равно костюм уже лежал у меня в шкафу.
Нахмурив бровки, мама ткнула пальцем в амулет для перекраски волос.
— Поди-ка сюда, солнышко. Давай посмотрим, нет ли у них чего для твоих буйных кудрей. Нет, правда, Рэйчел, труднее костюма ты выдумать не могла. Ну почему ты ни разу в жизни не выбрала что-нибудь простенькое, тролля там или сказочную принцессу?
Дженкс фыркнул.
— Потому что у них вид не такой проститутский, — сказал он так, чтобы я слышала, а мама нет.
На мой выразительный взгляд он довольно ухмыльнулся и перелетел к стойке с семенами. Пусть в нем всего четыре дюйма роста, но в сапожках на мягкой подошве и красном шарфе, связанном его женой Маталиной, он куда как привлекателен. Прошлой весной я с помощью демонских чар придала ему ненадолго человеческий рост, и в моей памяти все еще живо воспоминание о спортивном восемнадцатилетнем юнце со стройной талией и широкими мускулистыми плечами — это из-за стрекозиных крыльев они у него так развились. Он безнадежно женат, но как не оценить совершенство?
Дженкс мелькнул над моей корзиной, плюхнув в нее пакетик спор папоротника — у Маталины крылья побаливали. При этом он углядел улучшитель бюста, и ухмылка у него стала поистине дьявольской.
— Кстати о проститутках… — начал он.
— Не все проститутки, у кого большой бюст, — отрезала я. — Уймись, Дженкс. Это для костюма.
— Чего ж тогда так мало? — Нагло скалясь, он уперся руками в бока, изображая Питера Пэна. — Бери два, нет, лучше три. А то твои прыщики сами пройдут.
— Заткнись!
Из другого конца магазина послышалось невозмутимое:
— Она яркая брюнетка, да?
