– Да. Но у нас его готовят немного иначе. Уважаемый гуру, я ненадолго отлучусь. У меня тоже есть для тебя подарок.
Торопливо обернувшись, улыбающийся Алексей протянул удивлённому Садхиру блестящий небьющийся термос из нержавейки.
– Вот. Подарок на память.
– Что это? – удивлённо спросил старик, внимательно изучая необычную вещь.
– Это очень полезная пиала. Если нужно долго сохранять воду или пищу холодной или, наоборот, горячей, – немного замялся Алексей, подбирая на местном языке слово «температура».
– Мне нужны сухие чайные листья и кипяток, – торопливо добавил он.
Садхир негромко хлопнул в ладоши, коротко объяснив возникшему рядом как по волшебству, слуге необычную просьбу гостя. Немного удивлённый индус, быстро обернувшись, принёс небольшой деревянный ящичек с заваркой и медное подобие чайника с длинным носиком.
Алексей медленно продемонстрировал заинтересованному гуру, как откручивать верхнюю крышку термоса. Отвинтив пластиковый клапан, Алексей отмерил на глазок горстку чайных листьев, засыпал внутрь термоса и добавил кипятку, завинтив клапан.
– Какая тонкая работа настоящего мастера, – восхищённо произнёс Садхир, тщательно осматривая внутреннюю винтовую резьбу на крышке. «Обычный китайский термос, правда, не из дешёвых. По любому он тут гарантированно в единственном экземпляре. По сути дела, эксклюзив» – немного смутился восторженных отзывов старика Алексей.
– Нужно немного подождать, когда сухие листья отдадут в горячую воду свой вкус и аромат. Для этого не обязательно долго кипятить чайные листья в воде, как это принято делать у вас. Эта пиала долго держит тепло внутри себя, подобно стенам вашего дома, которые сохраняют приятную прохладу внутри, когда вокруг царит жаркий зной, – объяснил Алексей.
– Так в стенках этой чудесной пиалы тоже находится слой камня? – уточнил Садхир.
– Совершенно верно, – невольно восхитился стариковской прозорливости Алексей, вспомнив про порошковый наполнитель внутренних стенок термоса. Прикинув, что уже прошло около пяти минут, Алексей принялся разливать готовый напиток по чашкам.
– Для вкуса можно добавить мёд, но лично я предпочитаю пить его совсем без сладкого, – неторопливо прихлёбывая, наслаждаясь истинным вкусом настоящего чая, пояснил Алексей.
Гуру заинтересованно отхлебнул из чашки разрекламированный Алексеем, по новому приготовленный напиток. Закрыл глаза и пожевал губами, оценивая слегка вяжущий вкус и аромат.
– Да действительно, твой способ приготовления гораздо лучше сохраняет тонкий аромат чайных листьев, но для настоящего богатства вкуса я бы добавил ещё немного специй, – задумчиво произнёс Садхир.
Немного помолчав и задумчиво глядя на ларцы с алмазами, Алексей решился выяснить у Садхира неясный вопрос.
– Гуру, я всё время хотел спросить тебя, а ваши целители лечат только богатых людей?
Садхир медленно отставил в сторону недопитую чашку и тщательно вытер губы платком. Задумчиво опустив глаза, гуру некоторое время сосредоточенно молчал, обдумывая ответ.
– Работая рядом с тобой, я всё время забываю, что хотя ты и опытен, но пока не посвящён в основы нашего ремесла, – неожиданно сурово начал Садхир.
– Все мальчики нашей касты проходят торжественный обряд посвящения во врачебное ремесло. Ещё будучи маленьким ребёнком, во время проведения моего обряда, на глазах у моего отца Виджая, я поклялся перед богами, что отрину чувственность и гнев, жадность к деньгам, гордость, тщеславие, недовольство, эгоизм, праздность и обман, что буду лечить всех нуждающихся так, как если бы я лечил своих родных. Но я могу отказать в лечении охотникам, птицеловам и закоренелым грешникам… – гуру ненадолго прервался, отхлебнув глоток чая. Немного переведя дух, продолжил.
– Настоящий врачеватель должен всей душой стремиться к исцелению больного. Я не могу предать своих больных даже ценою собственной жизни. Ни о чем из того, что происходит в доме больного человека, я никогда и никому не скажу.
Строго посмотрев на немного напуганного таким оборотом дела Алексея, Садхир слегка смягчившись, продолжил.
– Что касается оплаты моего труда. Я никогда не буду требовать вознаграждение за лечение от обездоленных, моих друзей и брахманов.
– Но, – поднял палец гуру.
– Если зажиточные люди отказываются от оплаты за лечение, мне присуждается всё их имущество. Если же я нанесу вред больному своим лечением, то он вправе потребовать с меня штраф. Когда первая супруга раджи тяжело заболела, он умолял меня вылечить её, обещая немыслимые богатства. Я с тяжелым сердцем был вынужден отказаться лечить её, потому что просто не знал, как помочь. Она была неизлечимо больна, – тихо закончил Садхир.
– Прости меня, – потрясённо произнёс Алексей.
– Не кори себя, Алахей. В том нет твоей вины. Ты узнаешь об этом, когда пройдёшь наше врачебное обучение, – успокоил гуру, неторопливо отхлебнув из чашки.
Алексей некоторое время молча прихлёбывал чай, размышляя над такими важными сведениями. «Да уж. Сурово, но справедливо. А у нас врачи даже младенцам ошибочно руки-ноги по пьяни отрезают, и всё как с гуся вода. Ничего и никому не докажешь».
