Акиро несколько минут стоял с остекленевшими глазами и безэмоциональной физиономией, но, очнувшись, едва не бросился с кулаками на несчастное животное. Я только и успел, что положить Акари на кресло и отцепить ее брата от коня.
— Ах ты скотина! Да я тебя сейчас в карцер отправлю вместе со всеми женихами и с тем подлецом, что притащил тебя сюда! — кричал наследник, активно жестикулируя.
— Да тихо ты! Чего орешь так? Сейчас весь дворец на уши поставишь! И причем тут мас “как его там”? Животновод?
— Так он специально этого, — здесь Акиро также тыкнул пальцем в единорога, — Притащил сюда. Отвлекающий маневр! Это он отца отравил!
— Но как? Почему? — ничего не понимал я.
— Идем, сейчас все объясню! — бросил он и стремительным шагом направился к выходу.
— А Акари?
— Точно! — он резко остановился, — Можешь отнести ее в покои? Ты знаешь, где они?
— Знаю…
Ну еще бы… Такое не забудешь…
— Вот и отлично! Как отнесешь ее, приходи в отцовский кабинет. Я сейчас еще с Эном свяжусь. Его помощь нам тоже пригодится.
Вот кого-кого, а нынешнего муженька моей бывшей жены видеть совсем не хотелось! Ну да ладно. Сейчас надо собраться и узнать, что тут происходит!
— Хорошо, — ответил я, снова взял девушку на руки и пошел к ее покоям.
Во дворце царила пугающая тишина. Казалось, что все сбежали с тонущего корабля, оставляя семью правителя разбираться со всеми проблемами.
Вот если у нас с Акари все получится, надо будет настоять, чтобы пересмотрели людишек, занимающих важные и ответственные посты. Стража явно служит из рук вон плохо! Если вообще можно назвать это службой.
Они не заметили моего появления в покоях девушки, они пропустили покушение на правителя. Такое просто недопустимо!
Еще до того, как открыла глаза, мне захотелось их выколоть, а головой хорошенько побиться об стену, чтобы унять стук барабанов, громко стучащих в ней.
Все тело страшно болело, во рту пересохло, что я еле отлепила язык от неба, в глаза словно насыпали песка. Настолько плохо мне давно не было. Пожалуй, единственный раз, что мне удается вспомнить, это после бурного отмечания моего совершеннолетия, которое в нашем мире наступает в 37 лет. А до этого мы фактически считаемся детьми. И вы можете себе представить радость, когда, наконец, тебе позволили вылезти из песочницы и больше не надо ни с кем делить совочек?!
Так вот, хоть с трудом, но глаза я все же открыла, осмотрелась, убедившись, что нахожусь в своей комнате, и изумившись, когда обнаружила рядом сидящего инкуба, скрюченного буквой “зю”, но мирно посапывающего.
Я пробежалась взглядом по его лицу, такому умиротворенному и безмятежному, на котором блуждала легкая улыбка. Интересно, что ему снится? Хотела бы я заглянуть в его голову, чтобы узнать это.
Короткие светлые волосы торчали в разные стороны, что мне нестерпимо захотелось зарыться в них пальцами, а крепкие руки лежали на моей кровати. Одна была в неприличной близости от моего бедра, едва-едва его касаясь. Отчего по телу пробежала волнительная дрожь.
— Нравлюсь? — прозвучал хриплый голос, сбив меня с толку.
Неужели он заметил, как я его разглядываю? Глаза же были закрыты, я точно видела. Но эта его улыбочка… Вот же ж демон!
— Вот еще! — фыркнула я, выбираясь из-под одеяла, пока Андрей поднял голову и начал хрустеть своими конечностями, разминая их.
Так, пижама есть, белье на месте. А вот кто меня переодел, остается загадкой. Хочется верить, что не этот наглый и рогатый!
В теле была страшная слабость, поэтому, поднявшись, у меня тут же закружилась голова, но я не подала виду, а, схватившись за стенку, поползла в ванную.
— Как ты себя чувствуешь? — вновь раздался его голос и как-то слишком близко. Я обернулась и едва не стукнулась носом о его грудь. Ноги снова подкосились, но упасть мне не дали, крепко схватив за плечи. Я вздохнула и ответила:
— Так, словно меня твой йампал пожевал, но переварить не смог и поэтому выплюнул. А после еще и лапой растер. Я надеюсь, ты со мной в туалет не собираешься идти? — уточнила я, пока он уверенно вел меня в ванную.
— А вдруг ты там напридумываешь мир спасать? Или остров уронить? А может, даже связь с космосом установить и пришельцев на нас наслать?
На мгновение я подвисла. Что за чушь он несет? А потом в моей голове начали проскакивать воспоминания минувшего дня. Я вспомнила про свое “купание”, про странное поведение единорога и голоса в моей голове.
— А где родители? Акиро? С ними все в порядке? — взволнованно спросила я.
— С Кассандрой и Акаиро да, а вот Лукиллиану досталось. Но жить будет... Ты лучше расскажи, что ты помнишь и чем таким наделил тебя Джаспер?
И я рассказала демону свою версию событий: про силу, которая текла во мне, как слышала эмоции острова, как он радовался мне, как назвал последней из рода Сеналь.
— Только вот, кто такая Сеналь и что за род, я понятия не имею, — закончила на этом свой сумбурный рассказ.
