— Наш волар был заминирован. Я это понял, когда мы взлетели. Времени думать было мало, и если бы не элла Кассандра, нас бы всех сегодня не стало.
Я пошатнулась от ужаса, картинки которого тотчас нарисовались в голове. Но постаралась взять себя в руки. Они все живы — и это главное.
— Вы же перед каждым полетом должны проверять транспортное средство! — крикнул правитель, испепеляя стража гневным взглядом.
— Мы проверили, Эльмас. Но во взрывчатку поместили аманит, который мало того, что скрыл ее от нас, так еще и высасывал нашу магию.
— Так, ладно, об этом потом! Сначала к лекарям! — твердо произнес Лукиллиан, увидев, как к нам бегут с носилками.
Папа бережно пережил маму на носилки и взял меня за руку.
— С ней все будет хорошо!
— Будет… — прошептала я, стараясь не думать о плохом. Потому что аманит — это плохо. Очень плохо! Он может полностью высосать магию из человека, и если это произошло с мамой… То без магии она проживет недолго…
— Идем.
Папа снова сжал мою руку и повел меня за слугами, несущими ее. Казалось, у меня тряслась каждая клеточка. Только-только пережили отравление отца, а теперь такое страшное наказание для мамы…
Может… Может, то зелье поможет и ей? Или какое-то другое?
Как же мне не хватает знаний, которых и передать некому…
Мы пришли в родительскую спальню, где маму переложили на кровать. Магией очистили тело от крови, грязи и пепла, чтобы понять, насколько все печально. Сменили рваную одежду на простую сорочку.
А затем наш дворцовый лекарь принялся ее сканировать. Те минуты, что ушли у него, показались мне вечностью, а взгляд, который с каждым мгновением становился серьезнее, пугал все сильнее и сильнее.
Я видела, как нервничает папа. Ведь от него тоже не укрылась озабоченность лекаря. Хотя тот ее и не пытался скрыть. Но мы не торопили его, а затаив дыхание, ждали ответа.
Неожиданно распахнулась дверь, и стремительным шагом в спальню вошли Андрей и Акиро. Брат подошел к папе, а инкуб, не произнеся ни слова, просто прижал меня к себе и позволил отпустить свой страх и эмоции. Я молча расплакалась.
— Все плохо, Эльмас. — убрав руки и переведя взгляд на правителя, хрипло произнес лекарь.
Тут я завыла уже в голос.
— Но она же поправится? — не выдержав, спросила я.
— Она практически лишилась магии. Остались едва заметные крохи. Но пока они есть, надежда есть. Основная проблема в том, что чем меньше остается магии, тем сложнее ее восполнять, и нет никакой гарантии, что потеря не будет продолжаться. Эти сутки станут решающими.
— Чем мы можем ей помочь? — мой голос дрогнул, ведь я знала ответ. Магию нельзя вернуть в тело. Но опять в моей голове промелькнуло то зелье. Если оно помогает остановить упадок сил из-за неизвестной хвори, а в папином случае — отравлении, возможно, оно и сейчас поможет? Хотя бы остановить!
И тут меня словно щелкнуло! Я, не дождавшись ответа лекаря, оторвалась от Андрея и побежала в лабораторию.
Что, если его отравили именно аманитом? Неспроста закрыли подземный город под Обителью Света, где огромные залежи этого минерала! Он может уничтожить всех магов! Но у кого-то появился к нему доступ, и он начал травить нас, лишая сил. И папе могли подмешать порошок из аманита, хоть в любой напиток подсыпать. Его количество наверняка было незаметным, а вот при попадании внутрь он мгновенно разносился по телу, убивая его.
А маме не пожалели, дали камешек побольше! Чтобы максимально быстро избавиться от нее! Конечно, чтобы не взорваться, она наверняка накрыла всех магическим щитом, используя свои силы, из-за чего аманит еще быстрее отнимал их у нее.
— Акари? Что случилось? — влетев следом за мной, прокричал Андрей.
— Аманит! Папу тогда отравили аманитом! И если ему помогло мое зелье, оно поможет и маме!
Дальше не потребовались никакие слова. Андрей моментально включился в работу и занялся ингредиентами, а я всем остальным по уже отработанной схеме. Даже листочек, на котором я в тот раз записывала, так и лежал на столе. Словно ждал своего часа. И сейчас мы управились намного быстрее. Казалось, что зелье дольше остывает, чем мы его готовили.
От нервов меня заметно потряхивало, но я очень старалась держать себя в руках. Нужно всего лишь дождаться остывания… Всего лишь подождать…
— Ты умница! — неожиданно произнес инкуб, а я только вопросительно на него посмотрела. — Ты единственная, кто подумал об этом и, не теряя ни секунды, принялась за дело! Не поддалась панике.
— Ой, ты даже себе представить не можешь, как я паникую! Вон смотри, даже руки трясутся! — ответила я и протянула руку.
Мужчина нежно взял ее в свою руку и поднес к губам, оставляя легкий поцелуй и волнительную дрожь.
— А по-моему, ты самая смелая женщина из всех, что мне довелось видеть…
Эти слова вызвали смущение и неверие. Я и смелая? Серьезно?
— И чему ты удивляешься? — поинтересовались у моего ушка. — Несмотря ни на что ты следуешь за своей мечтой и устраиваешь концерты… Кстати, я по ним уже соскучился… Ты неподражаема на сцене! Жду танец лично для себя…
