— Акиро, вся эта «любовь» — игра. Он никогда не сможет стать частью нашей семьи. Он демон! Это полностью противоречит нашей природе! Мы несем свет, а он что?
— Тьму…
— Ему не место рядом с Акари. Поэтому сделай всё, чтобы он потерял бдительность, и, как только представится возможность, мы сыграем свадьбу с другим.
Видение закончилось, иллюзорные силуэты отца и сына развеялись мириадой ярких искорок. На красочное представление даже Акиро вышел посмотреть, который до этого прятался за дверью. Лица папы и брата были непередаваемы. Даже вина там на мгновение проскочила, но также быстро сменилась гневом.
— Еще и подслушивала? — отец заметно скрипнул зубами, а Андрей сжал мои плечи. Какие эмоции были на его лице, я не видела. Но предполагаю, было крайне неприятно узнать, что дружеские отношения между ним и Акиро были фикцией.
— И тебя только это беспокоит? Сам играешь в непонятные игры, считаешь, что раз правитель, то можешь ломать и мою жизнь? Знаешь, поначалу я не отреагировала на подслушанное остро, ведь знала, насколько ты Андрея ненавидишь. До последнего надеялась, что ты изменишь свое мнение, и иногда мне даже казалось, что это случилось. Но увы. Я ошибалась. Ты лучше сломаешь меня, чем примешь нас. Только этому не бывать! Если данная мной клятва — ошибка, то это будет МОЯ ошибка, а не твоя!
Вложила стеклянный флакон ему в руку, бросила фразу: «Это спасет маму» — и ушла. Андрей так и не произнес ни слова, что абсолютно ему несвойственно. Он просто был рядом, моей тихой поддержкой и опорой.
Я никогда не хотела участвовать в дворцовых играх и интригах. Именно поэтому всегда пряталась в своем мире и иллюзиях. Именно поэтому вышла на сцену со своими песнями. И сейчас я даже рада, что не успела об этом рассказать отцу. Он никогда меня не поймет. А лишаться еще и музыки я не готова.
— Мы можем поехать к тебе? — не глядя на мужчину, спросила я.
— Конечно.
— Ты не против, если я схожу в душ? — тихо спросила блондиночка, сразу как мы перешагнули порог моей квартиры.
— Иди.
То, что сегодня произошло, выбило даже меня из колеи. Я чувствовал боль и разочарование Акари, что даже на моих губах появлялась неприятная горечь. Да мне и самому было тяжело узнать, что друга, оказывается, у меня все-таки нет. Но к подобному я привык, поэтому переживу и сейчас. А вот насчет девушки не был так уверен.
Она хоть и требовала самостоятельности, считала себя достаточно взрослой и что родные принижают ее достоинства, но не сможет жить вдали от семьи. Эта девочка отказывалась понять, что они действительно старались сделать как лучше, пытались уберечь ее от… меня. И тут я не мог их винить. Ведь сам виноват в том, какая молва ходила обо мне последние 40 лет.
И сейчас мне нужно как можно скорее помирить Акари с отцом и братом, чтобы она не наломала еще больше дров в пылу своей обиды. Но в то же время им следует принять меня, ведь я не отступлюсь.
Пока девушка купалась, я приготовил ужин. Хотя все мои мысли сводились к другому и несколько раз я даже порывался навестить ее в ванной… Но мне тоже надо брать себя в руки и вести по-взрослому.
Последние дни были слишком насыщены, особенно на неприятные события, что мы толком не успевали поесть и просто поспать. Так что я решил (в кои-то веки) вытащить из закромов запылившегося джентльмена и проявить заботу и внимание к Акари.
Я услышал ее шаги еще до того, как прозвучала фраза:
— М-м… Как вкусно пахнет!
— Всё для тебя, любимая… — ответил я, подходя к принцессе и притягивая к себе, чтобы оставить легкий поцелуй на ее щеке.
— Ты не расстроен? — она внимательно изучала мое лицо, а руки положила на плечи.
— А чему я должен расстроиться? Меня выбрала самая прекрасная девушка во всех мирах. А уж поверь пришельцу, повидал я немало.
Неожиданно получил кулаком в плечо.
— Ай! Чего драться-то сразу? Я вообще-то комплимент сделал!
— Знаю я, сколько ты там повидал. И не хочу больше об этом слышать.
Акари выпуталась из моих рук и прошла к столу, на котором уже стоял наш ужин. Решил ее удивить пельменями, о которых в этом мире никто не знал. Благо у меня уже были заранее налепленные, так что приготовление заняло минимум времени.
— А что это такое? — поинтересовалась она, подозрительно поглядывая на необычное блюдо.
— Пельмени! За 40 лет я так и не смог их забыть, поэтому регулярно леплю себе. Тебе понравится!
— Ну ла-адно… Посмотрим. Накладывай свои пельмени.
Я протянул ей тарелку, на которую помимо пельменей положил еще местный аналог сметаны. Девушка принюхалась, но, судя по выражению лица, запах ее удовлетворил. А после попробовала.
— А вкусно! Необычно, но вкусно. Научишь потом и меня так делать.
— Я наслышан про твою яичницу, Акари, — рассмеялся я. — Но покажу, только варить буду сам.
— Ой, сдалась вам та яичница! Сколько лет прошло, а все вспоминаете. — буркнула она, отправляя в рот очередной пельмень.
— Ну после того, как пришлось тушить полдворца, неудивительно, что все об этом вспоминают.
— Не пол, а только одно крыло!
