— Э не, друг, спасибо. Я уже со своей вдоволь напахался, и не люблю я эти кружева и рюшечки, — весело ответил я и, перенаправив Мики, что носился на ходунках по гостиной, в сторону от себя, ринулся к подаркам.
Ну, как ринулся, пошёл, похромал или даже дополз. Последние месяцы беременности давались мне всё сложней. Всё отекало, настроение скакало, и самое обидное, что весь живот и бедра исполосовали длинные и широкие разрывы. Да чтобы я ещё раз в жизни ходил беременный.
Три месяца ада подготовки к свадьбе, и вот уже через неделю все утихомирятся. Троица новобрачных оставит нас на месяц: первая неделя — там течка у Лиса будет, а вот дальше, по сведениям, вытащенным из Диса, парни направятся на какие-то острова. А у нас… а у нас наступит тишина и спокойствие. Я, моя беременность, Мики и Дис.
— Лис, а почему для нашего принца подарков нет? — рассматривая мерзкую вазу, что лежала в одной из подарочных коробке, поинтересовался я.
— Наш принц и мой жених Роли боится, что королевские прихвостни не столь добры и не поскупятся на хороший яд для меня в подарках, — пожимая плечами, спокойно ответил Лис, будто рассуждал о погоде, а не о возможных попытках его убийства как жениха.
— А со стороны Грима может быть только психологический ужас? — поинтересовался я, смеясь и рассматривая в своих руках плед с изображением кривого дракона: вышивали явно наспех и без особого усердия. — Слушай, так у Грима вроде тоже был жених, что с ним-то произошло?
— Невеста была, и жених был. Ничего особенного, просто после объявления о нахождении истинного они не имеют на него прав, — поднимая на меня взгляд, улыбнулся друг и в ту же секунду заржал. — Аби, ты был прав, это психологическое оружие.
А я что, я ничего, просто напялил милую шапочку с помпончиками и сидел с саблей на коленях, завёрнутый в тот самый плед. Вот, кстати, сабля была классной: заточенная и отполированная до блеска, на рукоятке селились большие рубины и сапфиры, вроде два совершенно разные камни, но именно на этой сабле они смотрелись волшебно.
— Я великолепен? Подожди, где-то здесь ещё книгу и флягу видел, — зарываясь в подарки, просмеялся я, доставая искомые предметы.
Теперь я реально выглядел божественно. Милая шапочка, плед на плечах, сабля на коленях, в одной руке фляга, а во второй — книга. Книга, кстати, была очень интересной: в чёрной коже и с закладкой, что выглядывала из её середины. Странная книга, если честно, я такие только у папы видел, и он говорил, что в них не очень хорошие вещи написаны.
— Ужас, Лис, это...
Договорить я не успел: руку обожгло сильнейшей магией — ослепляющий свет и толчок. Секунда, и меня переносит порталом в неизвестность.
***
— Пизд... — договорил я совсем не то что хотел, но это полностью описывало ситуацию, в которую я сейчас попал. — Мёртвый лес, сезон дождей — я сдохну на третьи сутки, надо выбираться.
Через полчаса, смирившись со своей участью, я всё же решил поговорить с самим собой. Нет, ну я честно выждал положенное время, чтобы меня попытались найти быстрым поиском.
— Пф-ф, давай, Аби, соберись и попытайся вспомнить всё, что ты знаешь об этом месте, — мысленно и моментами вслух уговаривал я себя, всматриваясь в черноту леса, что расстилался предо мною.
А знал я не так уж и много. Отличительной чертой этого леса являлось именно то, что он действительно был мёртвым. Чёрные стволы деревьев, что уходили высоко в небо, были будто выжжены; жухлая трава и пустота. Два тысячелетия назад наш старый мир был заражён чёрной магией; эльфы боролись за сохранность лесов, остальные расы — за сохранность жизни. Этот лес не выжил, он как экспонат: его оставили нетронутым, дабы показать потомкам, что магия приносит также и боль — и не стоит ею злоупотреблять.
В этом месте не было зверей, не было развития — всё застыло в своём страшном изваянии. Магия в этих местах отсутствовала, нет, даже не так: лес будто бы накрыт куполом, в нём не было магии, даже её частички, но в этом и страх. Сюда ссылали преступников, и это была самая страшная смерть — чувствовать, как из тебя выпивают все соки. Магия высасывалась этим местом, и существо либо умирало, либо выходило из леса полумёртвым и не способным даже на банальное заклинание. А без магии мы смертны.
— Я умру, — обессилено проговорил я, вглядываясь в пустоту.
Сильный пинок в живот будто отрезвляет, в голове вспыхивает тот факт, что умирать ну никак нельзя. У меня есть трое суток, чтобы вырваться из этого злополучного места. Трое суток, чтобы спасти не только себя, но и своих детей. А ещё я точно помнил: моей крови в сейфе было собрано только на четыре дня. Спасибо Дису, что каждую неделю заставлял меня сцеживать по два флакона для Мики, так, на всякий.
— Ну какого в этих подарках не было ни грамма еды? — вставая с мёртвой земли, пробурчал я, поправляя на своих плечах плед, что переместился со мной. — Лучше бы они сладостей наложили.
Логически я понимал, что моё бурчание ничего не даст, но кто меня заставит заткнуться в мёртвом лесу? Правильно, никто.
