Силы на исходе и вот он просвет, но кажется, что эти пятьсот метров никогда не кончатся. Три дня, ни много ни мало, — это были именно три дня ада. Голова не то что кружилась от голода, в ней будто была пустота, я шёл на чистом упорстве и страхе. Страхе того, что мои дети умирают во мне; последний раз они пинались утром, больше я их не слышал, и это самое страшное...
Самое страшное осознавать, что тот, кого ты уже любишь всем сердцем, умирает.
— Ты смотри, он выбрался? — раздалось прямо передо мною, что заставило вскинуть голову и посмотреть в лица двух оборотней. — Какое убожество.
На языке крутятся одни маты. Сволочи, ясно же, что меня стерегут.
— А разве этот Лис должен быть беременным? — проговорил один из оборотней, на рожу самый тупой.
— Не тупи, Лис не Лис… Сказали прикончить каждого, кто выйдет из леса. А в него бросают только преступников, — надвигаясь на меня, оскалился второй.
— Подождите... — прошу я, но понимаю, что меня даже не слышат. У них приказ, и это просто головорезы, им без разницы кого убивать.
Взгляд пытается найти хоть какую-то надежду. Магия до сих пор заблокирована, я ослаблен и нахожусь на краю леса, а позади меня горный спуск. Так, метров двадцать, и я снова буду в зоне действия поиска, — это хоть какая-то надежда. Брачные браслеты… точно! Он должен меня почувствовать.
Три секунды на раздумья, и я срываюсь в сторону горного спуска. Не просчитал — это не просто спуск, он резкий, слишком каменистый. Падаю, раздираю руки и колени в кровь, слышу гогот позади себя и, оборачиваясь, вижу, как они спокойной вальяжной походкой направляются ко мне. Звук металла из ножен, издевательский смех, а я на коленях ползу вниз, пытаясь прикрыть живот.
— Лапочка, посмотри-ка на меня, хочу увидеть твой страх в глазах. — Вскидываю голову и понимаю: он своего добился.
Мои глаза раскрываются ещё сильнее, дыхание спирает, а рука, что лежит на животе, судорожно сжимается на нём.
Блеск металла, и я вижу, как он заводит руку назад, замахивается и кидает в меня кинжал...
Всё происходит настолько быстро, что я даже не успеваю сориентироваться. Вот я кормлю Мики своей кровью, а уже через секунду понимаю, что мои руки горят от магии поиска, рассчитанной на брачные браслеты.
— Твою ж... Что делать?
Секунды на раздумья, секунды на то, чтобы понять: вызвать парней я не успею. Я чувствую просто животный страх своего мужа. Два самых сильных заклинания защиты, снимаю с себя амулет, одеваю его на сына и телепортируюсь на зов крови.
Ужасающая картина, картина, которая заставляет сердце остановиться: Аби пытается увернуться от летящего в него кинжала, но этого не хватает. Металл входит в тело моего мужа в районе сердца. Вскрик Аби, и он затихает. Теперь я вижу кончик кинжала, торчащий из его спины; кажется, моё сердце остановилось.
Писк Мики на руках, и, как в замедленной съёмке, Аби падает на спину. А потом по инерции перекатывается набок — пустые глаза смотрят на нас с Мики. Кажется, я вижу последний блеск его глаз и слабую улыбку. Мой муж умер. Его глаза закрылись, а я только что осознал: это конец.
Мёртвый лес расстилается на много километров вдаль, как по закону жанра начинает накатывать дождь, и картина, что разворачивается в одной из его сторон, ужасает. Огромный демон разрывает в клочья тела оборотней, что даже не успели перевоплотиться, а маленький, ещё не достигший даже годовалого возраста вампир со смехом обнимает тело мёртвого отца. Он ещё ничего не понимает, не осознаёт...
Блеск десятков порталов, крики и ругань, шум борьбы и топот двух десятков ног. Ребёнка забирают от мёртвого отца, и решение предпринимается в считанные секунды.
— Режьте, доставайте детей, — крик оборотня.
— Стой, Грим, может, успеем в больницу... — всхлип Лиса. Он обнимает Мики, стараясь сделать так, чтобы ребёнок не видел этой картины.
— Нет, — уверено отвечает Роли и, склонившись, переворачивает тело вампира на спину.
Блеск магического потока, и живот, который только что был мило-округлым, превращается в кровавое месиво. Уверенные движения сильных рук, и из нутра вампира достают первое тельце. Секунду, и оборотень, что стоял около дроу по правую руку, забирает его и перемещается порталом в больницу, где их ждут уже третьи сутки.
Второй младенец ещё меньше первого; он так же молчит, и его, как и брата, забирают уверенные руки оборотня, что, отдав первого медикам, вернулся секунду назад. Блеск портала — он вновь исчезает.
А принц, фактически возможно будущий король дроу, стоит над растерзанным телом и смотрит во внутренности своего уж точно близкого человека. И не знает, что делать дальше…
— Лис, организуй сложный телепорт.
Примечание к части Простите меня. Но на заметку: "Смерти персонажа" НЕТ и не будет.
И я уже пишу продолжение, надеюсь, день-два и кину.
Справились
