— Профессор? — голос Катерины вывел Михаила из глубокой задумчивости.
— Простите…
— Борджиа ни о чем таком не говорил, правда. Вы ведь мне верите? Скажите им.
Маги перевели взгляд на Хэммета.
— Я лично видел, что люди в России получали магические способности с помощью какой-то древней машины. Еще древнее, чем египетская культура, по моему скромному мнению.
— Это… немыслимо, — выдавил из себя Нердарион.
Абель закрыла рот ладонью, но после вновь приняла исходное положение. Ян же прикрыл глаза, в которых читалась ярость.
— Машина уничтожена, — заверил профессор. — Некроманты напали на культ, который был организован Анхелем Борджиа, — кажется, это имя магам ничего не сказало, — перебили большую его часть, а взрыв дирижабля оставил от подземных катакомб одни лишь руины.
— Я слышала похожую историю от одного из моряков, что привез нам травы, — подтвердила сюету.
Определенно, профессор не знал, что у адептов земли на уме. Но, кажется, они не собираются проявлять агрессию.
Вообще, маги по жизни редко вмешиваются в политику или какие-то серьезные заварушки. В армиях, конечно, служат. Это быстрый способ добиться высокого карьерного роста. Но, с другой стороны, они стараются держаться в стороне от многих конфликтов, предпочитая познавать мир и способствовать его сохранению. Разумеется, такая новость ставит под сомнение не только мирное существование людей, но и вообще баланс, который с таким трудом удается отстоять.
Борджиа со своей древней техникой пришел крайне не вовремя. Европейские державы ссорятся друг с другом по любому поводу. За последние годы произошло достаточно войн, и каждая становится все кровавее и кровавее. Рано или поздно грянет мировой конфликт…
— Хорошо, что машина уничтожена, а глава культа мертв, — заключил мастер. — Сколько еще осталось таких, как вы… я так и не узнал вашего имени.
— Катерина, — представилась женщина, слегка смягчившись. — Насколько я знаю, все мертвы.
При этом она все же не выдержала и отвела взгляд. А Михаил не стал выдавать ее. Все равно неизвестно, жив ли сын Катерины. И еще больший вопрос — обладает ли он магическими способностями.
Впрочем, Нердарион не стал усердствовать и устраивать допрос:
— Я рад, что вы были с нами откровенны. Теперь моя очередь. Профессор, я знаю ваше имя, потому что был во время Семнадцатого нашествия вместе с прибывшими крестоносцами. Когда вас вынесли из той маленькой деревушки, смертельно раненого, я был там. И именно моя магия, а не магия клириков, спасла вам жизнь. Впоследствии, я интересовался несколько раз вашей судьбой, поэтому знаю о ваших успехах в области демонологии…
Для Хэммета это было большим открытием. Тогда давным-давно, когда он пришел в сознание, то интересовался, как ему удалось выжить. Но ответа не последовало. Адепт земли предпочел остаться инкогнито.
— Тогда я должен поблагодарить вас за спасение моей жизни.
Он слегка поклонился, и маг сделал тоже самое в ответ.
— А вас, Катерина, мы сможем обучить прятать свою силу. И в остальном готовы помочь вам, как сможем, — пообещал Нердарион.
Иметь таких мощных союзников в трудную минуту — поразительное везение. Профессор даже усмехнулся про себя. Уильяму придется взять свои слова насчет рыжеволосой назад. Если бы они поехали в Александрию вдвоем, то просто бы плутали по улицам, так толком и не зная, что делать. А некроманты, тем временем, продолжают поиски. И если им удалось выйти на Борджиа, то и на таинственного информатора священника тоже рано или поздно выйдут.
— У нас есть небольшая проблема… — не стал скрывать их нужду в помощи Михаил. — Мы ищем таинственного информатора Борджиа. У него есть сведения, которые могут заинтересовать и вас.
Он достал письмо из внутреннего кармана пиджака. Конечно, опасно таскать такие вещи с собой. Но и в гостинице оставлять не стоит. Слухи о воровстве в номерах не позволяют надеяться на сохранность ценных вещей. Впрочем, пластинка, из-за которой весь сыр-бор, мало для кого представляет ценность…
— Подчерк мне незнаком, — прочитав, мастер показал бумагу своим сюету.
— Эльфийский. Письмо написано на английском, но все равно видны следы французской каллиграфии, — вставила свои пять копеек Абель.
— Это Жан Жавер, — подал голос Ян.
Болгарский акцент вместе с низким басом создавал небольшие трудности в понимании слов. Похоже, именно поэтому ученик практически не говорил.
— Это еще не доказано, — возразил Нердарион.
Хэммет напрягся, чтобы вспомнить газетные вырезки. Да, это действительно тот самый Жан, который является четвертым подозреваемым в его списке. Марк Красс своего поколения, как выразился бывший крестоносец.
После случившихся событий Хэммет не смог заснуть всю ночь. Слишком много мыслей крутилось в голове. И не только относительно маленького расследования, но и собственного прошлого. Встретиться еще кого-то, кто присутствовал во время Семнадцатого нашествия… необычно. Теперь к Саре, Илье и Ангусу прибавился еще и Нердарион…
