– Да. И у него второе гражданство – эстонское.
Вербин остановил машину и улыбнулся:
– Значит, не он.
Закончив совещание с Васильевым и наметив план действий, Феликс и Никита вернулись в больницу. Журналисты разбрелись, у них появилась новая сенсация – заявление Абедалониума, и никто не помешал полицейским пройти через главный вход. А в главном холле их встретил адвокат Лидии – Григорий Леонидович Камин. Который взял с места в карьер:
– Вы разве не понимаете, что моя клиентка подверглась жестокому нападению и ей необходим отдых?
– Мы проконсультировались с врачами. – Никита тоже не стал тратить время на приветствие. – Они сказали, что ваша клиентка в состоянии ответить на несколько вопросов.
– Которые необходимо задать прямо сегодня?
– Завтра утром руководители ГУВД и СК будут комментировать известное вам расследование. К этому времени они должны обладать максимально полной информацией.
– Разве заявление Абедалониума не расставило все точки над «i»?
– Мы обязаны перепроверить каждую мелочь, – подал голос Вербин.
Камин повернул в его сторону голову и после короткой паузы спросил:
– А вы тот самый москвич?
– Приятно, когда тебя называют «тем самым», – улыбнулся в ответ Феликс.
– Это не комплимент.
– Вы ещё можете изменить точку зрения.
Адвокат громко фыркнул.
Однако объяснения Никиты ему пришлось принять и Камин, молча, но с недовольным выражением на лице, поднялся с оперативниками в палату.
– Лидия Сергеевна.
– Полицейский Феликс! Рада видеть вас снова.
Выглядела молодая женщина по-прежнему плохо, ведь следы побоев будут сходить долго, но чувствовалось, что она «ожила» и почти победила утреннюю слабость.
– Вижу, вам намного лучше.
– Современная медицина творит чудеса.
– Но это не значит, что вы можете здесь надолго задержаться, – влез в разговор Камин.
– Мы помним нашу договорённость, Григорий Леонидович, – не глядя, ответил Вербин. – Лидия Сергеевна, у вас великолепный адвокат, готовый сражаться за вас, как лев.
– Спасибо.
Стул в палате оказался всего один, трогать стоящее у окна кресло Феликс не стал, поэтому полицейские и Камин остались стоять рядом с кроватью.
– Кто вам посоветовал обратиться к адвокату?
– Разве это не естественно? – удивилась молодая женщина.
– Естественно для человека, которого в чём-то подозревают, или он считает, что может оказаться подозреваемым.
– Значит, я насмотрелась американских фильмов. – Лидия попыталась изобразить улыбку. Получилось не очень. – В них советуют не пренебрегать помощью юристов при общении с полицией.
– То есть Григорий Леонидович останется? – уточнил Феликс.
– Да, он останется.
– В таком случае, давайте перейдём к вопросам, их не очень много.
– Надеюсь, что совсем мало: днём я поспала, но чувствую, что скоро силы вновь меня покинут.
– По сути у меня к вам всего два вопроса, Лидия Сергеевна. Первый звучит так: вы сами убили Арсена или только одурманили его, а ваш сообщник убил Арсена, а затем расчленил тело?
В палате установилась звенящая тишина. Никита соорудил на лице вопросительное выражение. Лидия вздохнула – бесшумно, некоторое время смотрела Вербину в глаза, а затем перевела взгляд на Камина. Который хладнокровно поинтересовался:
– Какой второй вопрос? – Он действительно был превосходным адвокатом.
– Мне нужно имя сообщника.
– Существующего, как я понимаю, исключительно в вашем воображении?
– Ваша клиентка понимает, что я имею в виду.
– Моя клиентка растеряна и оскорблена вашими словами, майор Вербин. Лидия Сергеевна – жертва преступления. И я буду благодарен, если вы…
– Ни слова больше, Григорий Леонидович, – перебил адвоката Гордеев. – Или наша беседа превратится в официальный допрос.
– Когда превратится?
– На ваших глазах. – Никита кивнул на папку с бумагами, которую держал в руке. – У меня всё для этого есть.
Наступившая тишина показала Феликсу, что он может продолжать.
– Как давно вы знакомы с Арсением Клёном?
– Сегодня ночью я впервые его увидела.
– Вы выросли в одном городе.
– Новгород большой.
– Вы одновременно учились в университете.
– На каком факультете учился Клён?
– Математика и компьютеры.
– Совсем непохоже на Высшую школу менеджмента.
– Как часто вы моете ванну?
– Что? – растерялась Лидия.
– Как часто вы моете ванну? – повторил Феликс.
– Этим занимается домработница.
– Вчера ночью она была в мастерской?
– Нет…
– Ванна, стены и полы тщательно вымыты и обработаны профессиональными чистящими средствами.
– Домработница приходила не так давно.
– Ванна, стены и полы тщательно вымыты и обработаны этой ночью. Зачем вы чистили ванну?
– Вы помыли ванну после того, как Клён вас изнасиловал? – Никита задал вопрос с той же резкостью, что и Вербин.
– Клён вас насиловал?
– Вы были любовниками?
– Зачем вы мыли ванну?
– За что вы убили Клёна?
– Я никого не убивала!
– Криминалисты обнаружили в ванной комнате следы крови и частички плоти. Мы уверены, что это биологические материалы Клёна.
– Как вы это докажете? – вернулся в разговор адвокат.
– Во-первых, в квартире Клёна мы взяли достаточное количество образцов. Во-вторых, мы сравним биоматериалы из ванны с теми, что обнаружили под ногтями Лидии Сергеевны.
