Устал я быстро. Боясь потерять путь, «истинное зрение» я всё время держал включённым. Сперва я даже пытался идти, будучи бесплотным, но понял, что так я и четверти часа не выдержу, после того сонного перерасхода сил в квартире на Сретенском тупике. Однако спустя полчаса даже и ментальный взор мне было уже очень и очень трудно фокусировать на окружающей полудействительности. Дорога на трамвае занимала обычно пять-семь минут. Я был уверен, что вот-вот дойду до усадьбы, вагон отнюдь не был скоростным, однако я шагал уже почти сорок минут, а вокруг всё так же были лишь высоченные ёлки, тёмное небо и две едва различимых во мраке полоски рельсов, бесконечными линиями убегавших вперёд и назад. Я остановился. Тревога всё больше охватывала меня. Надо попробовать отключить «истинное зрение». Отдохнуть немного. Однако сперва я изо всех сил напряг фокус ментального взора. И далеко-далеко, на самой грани видимости, еле-еле различил я деревянный фонарный столб с горящей лампой в жестяном зелёном абажуре и под ним — тупик из старых шпал в конце трамвайного пути. Но стоило мне лишь чуть ослабить напряжение взгляда, как всё расплылось и горизонт опять превратился в бесконечные линии рельс и тёмную просеку. Я чётко осознал, что сейчас, в таком состоянии, мне до потусторонней усадьбы не дойти — не хватит сил. По инерции я прошёл ещё несколько шагов и вдруг увидел на стволе огромной ёлки что-то слабо белеющее во мраке. Подойдя, я посветил на ствол фонариком смартфона и обнаружил приколотые булавкой к дереву два тетрадных листка — один с моей собственной самонадеянной и наглой запиской про «доставание из-под земли», а на втором мелким почерком Сефироса было выведено: «Малинов, не трудитесь зря. Вам не дойти. Анна в полной и абсолютной безопасности, но вас я к ней пока не подпущу. С.»
В отчаянии я отключил «истинное зрение» и медленно опустился на землю, прислонившись спиной к высокой ели. Мгновенно пропали и просека, и рельсы, я сидел, оказывается, буквально в нескольких десятках метров от края лесопарка, сквозь деревья видна была освещённая улица с настоящей линией трамвая и проезжающими туда-сюда автомобилями. Вот и всё, чего я добился!
Но ожесточение нарастало во мне. Ладно же, котик! Ты непрост, но и я упрям! Во-первых, запросто можно предпринять повторную попытку добраться до усадьбы, предварительно как следует отдохнув. Тогда я смогу постоянно пользоваться деволюмизацией и «истинным зрением». Раз я сумел увидеть краешек потусторонней поляны, значит, в принципе она была достижима даже и без чёрного вагона. Просто надо будет всё время идти через ментальный слой бытия. Очень трудно, но возможно. А во-вторых, страшная книга тёмных чародеев была ведь у меня. И Сефирос, вероятно, ещё даже не знал об этом. Что ж, настало время попробовать почерпнуть в ней силы и знания. Стоило мне лишь подумать об этом, как неодолимое желание немедленно открыть книгу и начать читать овладело мной. И появилось странной щекотное чувство полной свободы. Не пустили пока в усадьбу — ну и что ж! Весь мир был моим киндер-сюрпризом. Огромная сила была на расстоянии вытянутой руки — нужно было всего только потянуться и достать до неё. Я вынул фолиант, включил фонарик смартфона и пристроил его в нагрудном кармане рубашки так, чтобы свет падал на страницы. Затем я уселся поудобнее на толстом корне, положил книгу на колени и раскрыл её.
