Императорский кабинет занимал весь центр башни, возвышаясь на несколько этажей к расписному плафону, на котором были изображены не розовато-золотые небеса Форума, а голубое небо Земли. Каждый этаж опоясывали балконы, поддерживаемые белыми колоннами и черными чугунными решетками, украшенными цветочным орнаментом и завитками. В стеклянных витринах были выставлены напоказ древние книги; их коричневато-желтые страницы хранились при постоянной необходимой температуре и освещении. Там, где не было шкафов или рассыпанных по внешнему периметру башни узких окон, стояли темные бронзовые статуи, указывающие мечами в направлении стола.
Я остановился под одной из статуй и замешкался на секунду, увидев пятиугольный щит и вырезанное на нем классическими английскими буквами имя: СЭР ГАВЕЙН. Повернув голову, я посмотрел на соседнюю статую. СЭР ЛАНСЕЛОТ. Я решил, что могу не глядя назвать остальных. Персиваль, Бедивер, Гарет, Кей. Гахерис и Галахад. Тристан и Паломид.
Рыцари Круглого стола.
Персонажи таинственного культа Сида Артура были последними, кого я ожидал увидеть в самом сердце Перонского дворца, рядом с имперским престолом, во владении живого Сына Земного, прямого потомка Бога-Императора.
– Марло, подойдите, – раздался голос его величества.
Я приблизился, остановившись чуть поодаль от центра кабинета, и поклонился, но на колено не встал. Наша встреча была частной, и мой ранг позволял оставаться на ногах.
– Ваше сиятельное величество, – обратился я, поднимая взгляд, но не выпрямляясь. – Вы звали меня?
Его императорское величество Вильгельм Двадцать Третий, Первородный сын Земли и так далее, отвлекся от бумаг и коротко кивнул. На нем был кроваво-красный костюм с единственной белой повязкой с символом солнца и черные сапоги. Костюм такого цвета должен был сливаться с волосами, но в данном случае лишь усиливал удивительную рыжину нашего императора, отчего тот, казалось, озарял белый кабинет своим светом.
Он был не один. Рядом собрались логофеты в серых балахонах и одинаковых шапках. Некоторые держали планшеты, у других на руках и одежде были терминалы. Было среди них и несколько схоластов в зеленом. Все молча смотрели на меня. Они прижимались к стенам, на их лицах читалось неловкое напряжение людей, которых оторвали от дела, и я решил, что они замерли, как только открылась дверь.
– Да, благодарю, что пришли, – сказал император. – Присядьте, лорд Марло. Мы как раз обсуждали расположение войск на границе Центавра. – Он махнул усыпанной перстнями рукой в перчатке, и логофеты со схоластами мигом покинули кабинет. – По внутреннему краю рукава усилились набеги. Пять планет были разграблены и опустошены.
Я сел в ближайшее кресло напротив императора, слегка скривившись от скрипа ножек по мраморной плитке. Меня уже несколько недель не приглашали ни на заседания разведки, ни на военный совет, и я не знал, что происходило во внешних провинциях.
– Дораяика?
Правила этикета предписывали не задавать вопросов его величеству, но император не придал этому значения.
– Мы полагаем, что нет. Нападения случились одно за другим, на расстоянии нескольких десятков световых лет друг от друга. Атаки Дораяики более тщательно продуманы. Редки. Нет, это не он. – Не глядя на меня, император сложил бумаги в стопку. Он не садился. – Ходят слухи, что у экстрасоларианцев новый лидер. В инфосфере всплывают упоминания о каком-то Монархе. Наши осведомители тоже о нем слышали. Доподлинно не известно, человек этот Монарх или нет, но в связи с ним неоднократно упоминается и другое имя. Кален Гарендот. Слышали о таком?
– Кален Гарендот? – повторил я. – Нет, ваше величество. Имя вроде бы палатинское.
– Верно. Какой-то ренегат малоизвестного дома, вне всякого сомнения, – согласился император. – Жаль. Мы надеялись, что вы могли что-нибудь о нем слышать на Воргоссосе.
– «Монарх» также может быть именем одного их «Странника», – предположил я, имея в виду класс кораблей, которыми владели наиболее могущественные экстрасоларианские корпорации. – В любом случае вы считаете, что за нападениями в Центавре стоит этот Монарх, или Гарендот?
– Рано делать выводы. Есть опасения, что список наших врагов пополнился новым именем. Если на сцену выходят экстрасоларианцы, особенно если они сотрудничают со сьельсинами, то война может развернуться на два фронта.
