– Жаль, что так вышло с вашим лейтенантом, – сказала принцесса и прислонилась к поручню, разглядывая пусковую шахту ближайшей «Пустельги».
– С Касдон? – уточнил я.
– Касдон была не из наших, – перебила Корво. – Новенькая. Из тех офицеров, что нам подсунула разведывательная служба легионов после Аптукки.
Услышав это, принцесса пришла в недоумение.
– Основу Красного отряда составляют норманские офицеры, нанятые мной на Фаросе, – объяснил я, хотя «нанятые» было значительным упрощением. Я заплатил им кровью. Своей, а также кровью их бывшего командира-тирана Эмиля Борделона. – Кроме того, несколько центурий, перешедших после событий на Воргоссосе из Четыреста тридцать седьмого легиона Центавра, и несколько моих соратников с Эмеша. Большинство офицеров представляют эти группы, однако несколько старших офицеров и почти весь младший офицерский состав пришли из регулярных легионов. Среди них могут быть и другие агенты Браанока.
– Вы от них избавляетесь? – Селена заметно побледнела. – Если кто-то еще покусится на вас, как эта лейтенант…
Я выставил перед собой ладони, останавливая ее:
– Процесс не быстрый, но мы справимся. Впрочем, у меня сложилось впечатление, что меня уже не выпустят с Форума.
– И к лучшему! – обрадовалась Селена. – Но ваш отряд все равно необходимо реформировать.
– А еще переучить, ввести в курс дел и перепроверить, – добавила Корво. – Все равно что заново начинать.
– Надеюсь, других предателей не окажется, – сказала Селена. – Пускай все недоразумения останутся в прошлом.
– Я тоже на это надеюсь, ваше высочество, – ответил я, вспомнив недавнюю стычку с Бурбоном.
– Как бы то ни было, – она продолжила путь в сопровождении свиты, – я рада, что вы с Александром помирились.
Александр не пошел с нами, отправившись с Бандитом и телохранителями-марсианами забрать оставшиеся на «Тамерлане» вещи, за которыми он не вернулся после происшествия на балу.
– Я тоже, – согласился я, хотя не сомневался, что принц по-прежнему меня презирает. Однако, к своему удивлению, я почувствовал, что больше не боюсь его. Пускай презирает; главное, чтобы не забывал, что я его наставник.
– Он просил меня пригласить вас… – начала Селена, косясь на капитана Корво и, вероятно, стесняясь спрашивать перед офицером, которого приглашение не касалось. – Скоро начинается сезон Колоссо. Наш брат Аврелиан устраивает прием в Большом колизее. Он… мы надеемся, что вы составите нам компанию.
Я не ответил сразу, и она добавила:
– Аврелиан говорит, что на церемонии открытия будет устроено настоящее морское сражение. С галерами по старинному образцу и настоящими гребцами. Они будут таранить и пытаться потопить друг друга. Звучит восхитительно. Ваш доктор тоже приглашена. Ваша… Вала?
– Валка, – машинально поправил я.
На меня нахлынули подозрения. Зачем Селене, моей будущей жене, приглашать Валку на такое мероприятие, да и вообще куда-либо?
– Она ведь тавросианка?
– Валка в фуге.
Я посмотрел на Корво, не решаясь рассказать Селене, что Валка была ранена в результате покушения Браанока и Касдон. Но быстро придумать другое объяснение я не смог.
– Да, она тавросианка, – ответила за меня Корво, да хранит ее Земля или те боги, которым поклонялись норманцы. – Инквизиция попросила уложить ее в фугу на время расследования и пока не дала разрешения ее разбудить.
Это было в лучшем случае наполовину правдиво, но правдивая часть была достаточно убедительна, чтобы спасти Валку от необходимости посещать сборище имперских принцев, принцесс и их друзей.
– Ох, – вздохнула Селена. – Жаль. Мне очень хотелось с ней познакомиться. Но вы-то придете, сэр Адриан?
Разве я мог отказаться?
– Рад видеть вас, сэр Адриан, – поприветствовал меня кронпринц Аврелиан, старший из императорского выводка рыжеволосых зеленоглазых полубогов.
Он был немногим моложе самого императора; его зачали в резервуаре в день отцовской коронации, чтобы обеспечить продолжение правящего рода, и было маловероятно, что ему удастся посидеть на троне. В императорской семье, как и в палатинских семьях, не было принято наследование по старшинству. Наследника назначал его предшественник.
– Весьма польщен вашим присутствием, – сказал он мне.
Принц сидел в позолоченном кресле, намеренно поставленном как можно дальше от арены Большого колизея. Так было удобнее принимать гостей. Однако я заметил под потолком голографические экраны, благодаря которым все зрители могли увидеть игры с любого ракурса. Я задержался и пропустил ту часть церемонии открытия, где гонщики и гладиаторы соревнуются на колесницах, запряженных чистокровными жеребцами и генетически модифицированными львами, под музыку и танцы тысяч мужчин и женщин.
