Я кивнула. Конечно же, знала. И даже с некоторыми встречалась. Не очень хорошие впечатления остались, так как по большей части, все мы были одиночками. Каждый сам по себе и каждый сам за себя. И чем меньше людей знали о твоей особенности, тем больше у тебя было шансов выжить. Так как всегда найдутся те, кто захочет на тебе поживиться. И если даже такие, как я, имеющие активную силу, попадали в клетки, то что говорить о людях с пассивными способностями – ясновидящих, кинестетиках, эмпатах?
– Так вот, он – один из таких. Мы зовем его Безликим.
– Безликим? – удивилась я. – А почему так? У него что, имени нет?
– Имя, возможно, и есть. Просто мы его не знаем. Все, что нам известно – он способен превращаться в кого угодно.
Я нервно сглотнула. Это было уже что-то новенькое. Что-то новенькое и что-то очень страшненькое.
– Я никогда прежде о таком не слышала.
Сашка кивнул, но не мне, а каким-то своим мыслям.
– Его дар – результат уникального стечения обстоятельств и редкой биологической аномалии. Ты знаешь, что такое Химера?
– Мммм, – неопределенно промычала я, а после дала неуверенный ответ: – Персонаж из греческой мифологии?
– Нет, – сдержанно усмехнулся Сашка. – Речь идет о генетическом феномене, обмене клетками, приводящем к тому, что в одном организме присутствует сразу несколько разных наборов ДНК. Химеризм случается при оплодотворении двух отдельных яйцеклеток. В процессе развития две разные зиготы сливаются в одну и формируют общий эмбрион. Также обмен клетками может произойти у близнецов, когда они находятся в утробе матери. Случается химеризм и при трансплантации органов. В этом случае клетки донора, так сказать, встраиваются в организм реципиента.
– И с каким вариантом имеем дело мы? – начала я потихоньку соображать.
– Мы точно не знаем. Существует предположение, что с последним. Восемь лет назад легковушка лоб в лоб столкнулась с грузовиком, водитель которого уснул за рулем. В машине находилась семья из четырех человек, мать с отцом и двое подростков – парнишка и девчонка. Родители и дочь погибли на месте, а сын дотянул до больницы и скончался в приемнике скорой помощи. Но почку его удалось спасти, и она отправилась другому подростку, мальчишке с острой почечной недостаточностью. Шансов на успешное завершение операции было немного, так как пересадка происходила в экстренных условиях. Накануне шестнадцатилетний парнишка поступил в больницу с тяжелым отравлением. Через несколько часов его почки отказали и встала острая необходимость в трансплантации. По итогу все закончилось хорошо, орган прижился и вскоре ребенок вернулся к привычной жизни. Через два года он сбежал из дома, перед этим убив мать и покалечив бабушку. А после просто исчез. Куда он подался и как жил дальше – неизвестно.
– И вы считаете, что этот мальчик и человек, которого вы называете Безликим – одно и то же лицо? – с сомнением спросила я.
Сашка пожал плечами.
– Под своим истинным обликом Безликий на людях никогда не появлялся. Мы до конца не уверены, является ли он тем самым парнишкой с пересаженной почкой. Но все же, есть большое подозрение.
– Даже если это и так, то какой у вас к нему интерес?
– Несколько лет назад то тут, то там начали появляться разные люди. На первый взгляд они не вызывали подозрений и казались совершенно обычными в условиях своей среды обитания, – и Сашка начала перечислять, одновременно указывая на соответствующие фото, разложенные на столе:
– Профессор почтенного возраста, который вышел на пенсию и начал писать книги в своем небольшом домике на берегу греческого острова Санторини. Сын дипломата, чья жизнь – это покорение волн и красивые девушки. Влиятельный торговец нефтью, который вхож в самые закрытые дома Европы. Всех этих людей, которые, казалось бы, совершенно разные, объединяет один очень важный момент. Если покопаться в их биографиях, то выяснится, что профессор, который преподавал в Миланском университете, пропал три года назад. Семья сёрфингиста не видела его уже три года. А владелец крупного нефтяного бизнеса до прошлой осени проживал в глухой убогой деревне, где благополучно пропивал свою пенсию по инвалидности. Совершенно внезапно ему предложили высокооплачиваемую работу в столице, он собрал свои небогатые пожитки, сел на поезд и больше в родную деревню не возвращался.
– Любопытно, – сдержанно прокомментировала я. – Но ничего не понятно.
Сашка провел рукой по волосам, приводя в беспорядок свою идеальную укладку. Но хуже выглядеть от этого не стал – наоборот, появилась легкая хулиганская нотка, которая слега разбавила ореол высокомерия и патологического желания всем приказывать.
– Мы предполагаем, что выступивший донором парень, и тот, кому пересадили его почку были одаренными. Оба.
– В смысле, талантливыми? – не поняла я.
– В смысле, владеющими способностями, – снизошел до объяснения парень, но с явным раздражением.
– Как я, – наконец дошло до меня.
– Да, как ты, – со странной интонацией произнес Сашка, мазнув взглядом по моей груди.
