Почувствовать себя в роли шпиона аля Бонд? Встретиться с необычными ангелами? Познакомиться с самой Царицей Савской? Побывать в Раю? А еще узнать сто и одну тайну всеми забытых скандинавских богов. Да, Тасе, ведьме с демонической кровью, удастся пережить не только это. Ее любопытный нос еще и не туда завести может.
Семья заменяет все.
Поэтому, прежде чем ее завести стоит подумать,
Что тебе важно: всё или семья. (с)
— Латисия Асмодеевна, Вы на обед идете? — просунувший голову в дверь приемной Повелителя АДа Зараз был, как и всегда, в меру взлохмачен и немного растерян.
— Да, только чуть попозже. Сможешь занять для меня место? — обычно обедать мне приходиться в компании высшего руководящего состава — тот еще головняк, я вам скажу — но сегодня мне повезло — папа и Белет куда-то умчались, а значит, я могу немного наплевать на правила и пообедать в компании маамоновсого секретаря-беса. С ним весело и все же лучше, чем одной.
Зараз ничего говорить не стал — просто кивнул и снова скрылся за дверью.
Привычный цокот бесовских и чертовых копыт в коридоре возле приемной грел душу, как же я по нему скучала. Сегодня была ровно неделя, как я вернулась из своего вынужденного отпуска.
После последнего моего похищения Белет ни в какую не хотел отпускать меня с территории Шеола надолго и, если бы не договор со ШВиКом, вряд ли мне удалось бы вырваться из демонических цепких лап до свадьбы.
Цедекла Эйндорская тоже не хотела выпускать меня из своих цепких лапок и предлагала продлить договор еще хотя бы на пару-тройку лет. Заново пускать козла в огород, в смысле суккубу в преподавательскую, она не хотела. Точно так же, как не хотела отказываться от факультатива, который я вела — очередь из желающих изучать познавательную для колдунов и ведьм тему на следующий семестр уже набрала приличный список. Ситуация получилась бы тупиковая, если бы бабушка с мамой не подсказали выход — после срока действия моего контракта Занька заняла мое преподавательское кресло. Студенты наши приняли ее хорошо, а наша Рыжуха, Катя Пехова, уже сейчас усиленно продвигает ее образ, как лучшего преподавателя года — они за последнее время сильно сдружились.
Мушруша все же решили пока пристроить в Шеольский Институт Демонологии (ШИД), прежде чем отправлять к бабе Зосе в Шотландию — пусть немного пообвыкнется, начнет налаживать отношения с окружающими, да и вообще, придет в норму.
Правда, была еще одна причина сдвига сроки поездки в Шотландию — Белет. Все как обычно — до свадьбы ни-ни куда-то ехать. Там холостые брутально-шотландские колдуны и неженатые обворожительные драконы. Так что, сидим, крестиком вышиваем — ждем… у моря погоды. Прыжок вправо, влево, прыжок со стулом на месте — будет расцениваться, как попытка к бегству… И тогда мне точно лет сто из Шеола в верхний мир путь не светит. Звучит-то как? «В верхний мир путь не светит…» — что-то меня на возвышенное потянуло.
Ну, а я терплю… пока. Молчу… пока. И… начищаю именную сковороду, проверяю скалку и качаю руки с обеими гантелями.
Бегом я, кстати, как и обещала, начала заниматься с Занькой. Правда, та на мои пожелания наплевала в особой грубой форме и гоняет теперь каждое ранее утро. Кошмар!
Вот так размышляя о недавнем прошлом, спрятала гантельки в ящик стола. Они мне хоть и не нужны теперь — дурака, желающего перейти дорогу Белету так и не нашлось — но лежат на столе на самом видном месте, как достопримечательность, да. Причем не только в моей приемной — многие секретари АДа взяли идею на вооружение и теперь некоторые частые посетители стали тихи, скромны и благовоспитанны. Эх-х-х, может идейку-то запатентовать, а? И потом права пользования продавать?
В столовой было… весело. Ну, как? Весело начало быть еще по дороге туда. Сковорода в ножнах за спиной и ее эфес зад моим плечом — теперь неизменный атрибут моего образа, да. А все потому, что мне еще по возвращению из плена (чуете, как тут мое отсутствие обставили? Я почти героиня местного разлива!) мои боевые соратницы, буквально на следующий же день, явившись ко мне, принесли особое распоряжение, предписывающее постоянно носить с собой эту самую сковороду, практически чуть ли не спать с ней. Белету последнее особенно не понравилось, потому пресек он это дело в момент — вбил два гвоздя в стену и вешает на ночь теперь мою драгоценность чугунную на почетном месте в одном ряду со своими двуручниками.
