Демоны на Пути Перемен полностью

Высокий и стройный сумрачный тхабит двинулся к Идану навстречу – это движение насторожило присутствующих людей на арене. Тхабит резко остановился, видимо осознавая, что его движение усугубит и без того неловкое положение.

Черные одежды подчеркивали аккуратные и сильные плечи, изящные длинные пальцы и узкая талия говорили о юном возрасте тхабита, но шелкового длинного халата, как у остальных тхабитов, у него не было. Чарующие черные глаза уверенно смотрели на Идана, остальную часть лица скрывал шелковый платок, и поэтому невозможно было понять его эмоции. Волосы длинные и черные, словно уголь, качал из стороны в сторону слабый ветер. Не будь этот юноша сумрачным тхабитом, он бы разбил немало девичьих сердец своей броской красотой.

– Принц Идан, – в низком голосе чувствовалось едва заметное напряжение, но тхабит уважительно поклонился, не забыв сделать поклон Правителю Рейнарду и Ралфине, – мы прибыли в город Суири на праздник цветения дерева Вархара и не желаем попасть в затруднительное положение. Прошу, позвольте остаться. На закате третьего дня мы покинем город.

– С чего бы мне верить потомкам преступника Каллана? Разве ваше слово что–то значит? – Идан воскликнул и пустил взгляд карих глаз на отца, – разве могут мятежники и убийцы присутствовать на таком важном празднике среди простых людей и знатных господ, которым доставили в прошлом немало хлопот?

– Прошу прощения, но мы почитаем Небесных Богов и все, что с ними связано, поэтому не можем покинуть город.

– Да как смеешь ты перечить мне и упоминать в моем присутствии Богов? – Идан замахнулся рукой, еще мгновение, и он вновь ударит тхабита, но голос остановил его. Глаза Идана наполнились неистовым гневом, а рука так и зависла в воздухе.

– Идан! – Ралфина встала со стула и громким голосом продолжила сотрясать тишину на арене, не теряя при этом девичьей грациозности, – за восемнадцать лет ни один сумрачный тхабит не доставил ни нам, ни другим хлопот, поэтому не стоит вести себя грубо по отношению к ним. К тому же для поддержания единства, справедливости и гармонии Правитель Рейнард решил провести праздник, его слова для тебя ничего не значат?

Эти слова были громкими и наносили удар по гордости Идана, но он лукаво улыбнулся и парировал:

– Твоя правда, сестрица, разве могу я опровергать слова и действия Правителя Шести Королевств?

Ралфина нервно прикусила губы, ожидая очередной выходки старшего брата.

– Что же, если сумрачным тхабитам разрешено остаться, то им придется почитать праздник до конца, – Идан повернулся спиной к тхабитам, не сдерживая ухмылки на лице, и медленно стал спускаться по ступеням, – кто из вас будет участвовать в турнире?

Арена погрузилась в громкие волнения и перешептывания. Да, Идан славился беспокойным нравом и возмутительным языком, но никто не ожидал, что принц Шести Королевств позволит сумрачному тхабиту участвовать в королевском турнире. Да и к тому же это решение было не только дерзким к гостям, но и грубым по отношению к тхабитам – если магам надели проклятые ожерелья на шею, то сумрачным тхабитам запретили носить прилюдно оружие. И как же участвовать в турнире тхабиту без оружия, если первым состязанием является бой на мечах?

– Вы не посмеете отказаться, потому что один из вас только что произнес, что вы почитаете Небесных Богов и все, что с ними связано, – продолжал Идан громко, руками указав на песчаное поле. Он на миг обернулся и его карие глаза на миг встретились с черными глазами тхабита – молнии между ними яростно вспыхнули, – докажи мне, что твои слова что–то значат, тхабит.

– Хорошо, – согласился низком голосом сумрачный тхабит.

В толпе тхабитов кто–то резко протянул к нему руку, но юноша уже поспешил спуститься за Иданом на поле арены, при этом он скользил в толпе уверенно и смело. Тхабит ловко перепрыгнул барьер и встал вдали от участников, отличаясь прямой осанкой и уверенным взглядом.

Ралфина тревожно подняла руки в стороны, и раздался громкий шлепок – принцесса Шести Королевств открыла королевский турнир!

Арена зашумела и загалдела. Ведущий королевского турнира вновь стал произносить пылкую речь, а музыка зазвучала громче прежнего. На арену вошли гвардейцы, указывая участникам место первого состязания.

Идан взлетел по ступеням к отцу и сестре.

– Не плохое я устроил представление, – голос Идана звучал легко. Он явно не осознавал, какой поступок совершил. С самодовольным выражением лица, юноша присел на стул, поправляя одежду: на белом долгополом мужском платье слегка заискрились золотые элементы брони, – отец, ты вновь молчалив, неужели и здесь тебе нечего сказать?

– А тебе видимо есть, что сказать, Идан! Как посмел ты в присутствии отца, в присутствии малого совета, гвардейцев и простых людей изводить сумрачных тхабитов? – Ралфина дернулась к брату. На счастье Идана, он сел по другую сторону Правителя Рейнарда, и Ралфина не посмела схватить брата за ворот, – мало было тебе ударить тхабита на площади, так ты еще и на арене решил это сделать!