Верго тоже улыбнулся. Он был искренне рад что может сейчас так просто посидеть за костром, болтая о всякой чепухе, не вспоминая ни о чудовищах, что вполне возможно идут по их следу, ни о тех, кто этих чудовищ послал. Абсурдная, совершенно необязательная беседа приносила ему странное чувство покоя, унимая тревогу и позволяя отвлечься. Он знал, что этот момент не продлится вечно, а оттого и совершенно его не торопил, наслаждаясь мгновениями беспечности до последнего.
— Глупо конечно прозвучит, но я вам, случаем, забавную историю о моем давнем пациенте с ножевым ранением не рассказывал? — сам себе дивясь выпалил Вебер, совершенно не понимая причин своей небывалой говорливости.
— Да вы как-то не особо разговорчивы были последнее время. Уж забавных историй от вас не припомню, — задумчиво проговорил Барон, удивившись риторике спутника не меньше его самого.
— Рассказывай давай! Всяко поинтересней баек Голдберга будет, — одобрительно кивнул Ас, слегка закашлявшись от едкого дыма.
— Ну, справедливости ради, речь пойдет не о моем пациенте, — неуклюже начал свою историю предсказатель. — Но я присутствовал, когда все это произошло. Был тогда практикантом, вместе с однокурсниками наблюдал за работой настоящих врачей. К нам в санитарную часть доставили одного сумасбродного сержанта с небольшим ножом в бедре. Главный врач осмотрел его и говорит: «Мы сейчас тебя быстренько подлатаем. Ты, приятель, только нож не трогай, артерия все-таки рядом». Пациент попался нервный, доктора не послушал, и как с дуру вынет нож, словно назло. Кровь забрызгала во все стороны. Мы, совсем еще зеленые мальчишки, в шоке, и слова сказать не можем. «Ну я же просил не трогать нож, он должен был закупоривать рану и не позволять начаться серьезному кровотечению. Ты зачем его достал?» — сказал доктор и невозмутимо попросил побольше марли, на секунду отвернувшись и чертыхаясь про себя. Тут он слышит чавкающий звук, поворачивается обратно к пациенту и как заорет: «На кой черт ты воткнул нож обратно?!»
Верго удалось уже второй раз за день рассмешить своих спутников. Чересчур громко гоготавший Ас даже умудрился разбудить пару спавших наемников, сыскав в свою сторону несколько не очень ласковых словечек. Сам Остин пришел к ним чтобы разузнать по какой причине они так шумят, что их слышно далеко за пределами лагеря. Не стоит и говорить, что специфически пахнущая самокрутка Аса, строгого главаря гвардейцев отнюдь не обрадовала. Попытавшийся отшутится наемник быстро схлопотал сильный подзатыльник, после чего не меньше десяти минут выслушивал нотации от своего предводителя. На этой ноте испортивший всем веселье Остин и завершил собрание, призвав всех оставшихся наемников скорее завтракать и известив их о необходимости скорого продолжении похода.
Гвардейцы по привычке ворчали, но исправно исполняли все приказы главаря, отлично осознавая их обоснованность. Пришла пора продолжить путь.
Им предстоял последний рывок. Больше никаких разбитых лагерей в пустынных предгорьях и никакого сна в подлесках. К концу дня они уже будут в Ганое, сытые, согретые, и с изрядно потяжелевшими карманами. Сама мысль об этом придавала путникам мотивации, подгоняя их, позволяя бодро шевелить ногами.
Единственный кто был не очень-то этому рад, это понурый наследник. Никто не знал, что было у недовольного мальчишки на уме, и юный отрок отнюдь не горел желанием поделится этой информацией.
Помня об их разговоре в карете, Верго догадывался о причинах морального упадка Марка, но держа в голове то, что ему самому довелось в своей жизни пережить, не очень то парню сочувствовал. Он был бы готов многое отдать чтобы оказаться на месте избалованного мальчишки.
Путь наемников лежал через рассаженные под сруб хвойные леса, обхватывающие региональный центр с юга. В них ветер беспокоил путников не очень сильно, иногда ласково обдувая бредущих людей прохладным воздухом, наполненным запахами душистых смол, подгнившей древесины и влажного дерна. Солнце то и дело пробивалось сквозь перистые облака, нежно окропляя своими узкими лучами лица людей. Беря во внимание весь предыдущий отрезок их дороги, этот фрагмент пути можно было законно назвать приятной прогулкой. А дальнейшая дорога, ввиду близости к Ганое, обещала быть еще более легкой.
В высящихся над головами наемников ветвях приятно щебетали птицы, а мерный хруст колышущихся на ветру стволов деревьев перемежался с непрекращающимися трелями дятлов. Где-то вдалеке слышалось уханье занятой своими делами кукушки. Лес шелестел, стрекотал, сопровождая своих гостей успокаивающим пением, окружая их россыпью робко выглядывавших из-под подзола шляпок грибов. Широкие и узкие, маленькие и совсем крошечные — грибные семейства оккупировали собой всю лесную землю, на широкую ногу заявляя о своих правах среди представителей местной флоры.
