Никакой угрозы для жителей Тарионе от этой задницы не исходило. Констебль был начеку, и социальный инспектор не дремал. Обитатели «восточного поселка» знали: любое, даже мелкое криминальное посягательство, или любое видимое безобразие в отношении среды обитания, или в отношении своих коллег по безделью, приведет к облаве, санкциям и люстрациям. Но социум благоволил к жителям задницы, если они никому не создавали проблем. Право быть полным бездельником и жить, как попало, никому не мешая, и никого ни к чему не пытаясь принудить, признавалось в числе базовых принципов Хартии и культуры Tiki. Человек — хозяин своего образа жизни…
Факахина отличался от среднего атолла-бублика не только в социальном плане, но и в природном. В его мелководной лагуне развивалось несколько крохотных внутренних атоллов. Один из них, Ихопуаа (свиное рыло), со своей лагуной и тридцатиметровым коралловым островком, лежал всего в полутора милях к востоку от пляжа Тарионе и замечательно просматривался практически из любой точки поселка…
Приводнение «растопырки» рядом с Ихопуаа прошло незамеченным, поскольку дело было уже на закате солнца. После заката, появление источников света на островке не удивило жителей. Парочки туристов иногда устраивали романтический make-love на Ихопуаа — ничего особенного. Но утром на островке оказался армейский конический шатер «Tipi» с воронкой-водосборником и спутниковой тарелкой, а в микро-лагуне — странная флайка и маленькая машинка неясного назначения. Какой уважающий себя житель провинциального атолла тут не схватится за бинокль? Да никакой!
Майо Теллем медленно и задумчиво обошел вокруг экземпляра «OOPS», только что приведенного в «боевое положение», крякнул и потер ладонью подбородок.
— Ребята, я не хочу ничего плохого сказать о фирме, в которой вы работаете, но эта хреновина похожа на двухколесную надувную детскую ванночку.
— Да, — согласился Рон, — Я тоже в разговоре с шефом отметил оригинальный дизайн.
— Ты сказал: «полное говно», — уточнила Пума.
— Я выразился мягче, — возразил он, — Я сказал: «Фонси, это полное сам-знаешь-что».
— А что он ответил? — поинтересовался преторианец.
— Он ответил: «коллеги попробуйте отбросить предубеждение». Вот мы и пробуем.
С этими словами, экс-коммандос шагнул в «детскую ванночку» и взял в руку пульт, соединенный с машиной гибким кабелем.
— Может, сначала спихнуть ее в воду? — предложила Пума.
— Нет, я хочу начать с самого кошмарного, — сказал Рон, опустился на одно колено и качнулся телом из стороны в сторону, проверяя равновесие, — Вроде бы, устойчиво…
Он тронул пальцем кнопки на пульте, OOPS бесшумно двинулся с места и, скрипя широкими роликами по коралловому песку, медленно поехал к воде.
— Прибавь обороты, — предложил Майо, — А то никогда не доползешь до моря.
— Ладно, — сказал Рон, снова тронул панель управления, машинка внезапно прыгнула вперед, правый край переднего ролика наехал на крупный кусок коралла и…
— …Voorsteven per culo… — договорил экс-коммандос, поднимаясь с грунта. Машинка лежала на боку, задний ролик, снабженный гребными лопастями, крутился в воздухе.
— Интересно, — произнес Майо, — А если, к примеру, ты вылетишь в воде, то она так и поедет без тебя, до ближайшего берега?
— Не фиг говорить под руку, — буркнул Рон, — прибавь обороты, прибавь обороты…
Он поставил «ванночку» в нормальное положение, снова залез в нее, взял пульт, и двинулся вперед самым малым ходом. Через минуту машина съехала в воду и, не преподнося более никаких сюрпризов, так же медленно поплыла от берега.
— Перед тем, как прибавлять обороты, установи режим: «выключить движок, если на кнопку не давят!», — крикнула Пума, продолжая снимать все происходящее на видео.
— Я уже и сам догадался, — донеслось в ответ, и… «ванночка» стремительно набрала скорость, и помчалась вокруг островка. На втором витке она уже глиссировала, едва касаясь воды кормой и оставляя позади веер мелких брызг.
Долго эта феерия технического абсурда длиться не могла. Суровые законы механики сказали свое веское слово. Корма на миг оторвалась от воды и «ванночка» совершила изящный кувырок через нос (в авиационной практике называемый капотированием).
— Хэй! Тебе помочь? — закричал Майо, видя, как вынырнувший из воды Рон пытается забраться обратно в капризную машинку.
— Нет! — крикнул тот, — Это не сложнее, чем с каноэ. Только борта скользкие, joder…
— Ты, главное, на сушу на такой скорости не выезжай! — громко посоветовала Пума.
К моменту, когда OOPS тихо выкатился на берег островка, весь пляж Тарионе уже сверкал яркими бликами — лучи солнца отражались от многочисленных биноклей и прочей оптики, которой вооружились жители поселка.
— Сейчас прикатит местный констебль, — предположил Майо, — потом экологический инспектор, а потом все, кому не лень.
— Незачет, — лаконично ответила Пума.
— Это почему? — удивился преторианец.
— Вот, — сказала она, и махнула рукой в сторону восточного барьера Факахина.
