День империи полностью

Первое время стороны словно присматривались друг к другу. Фаталоки изредка бомбили расположения людей бомбардировщиками X-Z, люди отвечали им на это залпами своих Драконов. Затем, правда всего не несколько минут, словно по общему сговору наступила мёртвая тишина. Ни один взрыв в округе не сотряс воздух, ни ода пуля не рассекла полностью чёрное, искусственное небо. Все это время Зигфрид, стоящий в первых рядах своих войск, не отрываясь, словно зачарованный смотрел куда-то вперед. О чём он думал тогда не известно, но когда эти несколько минут, наконец, прошли, он обернулся к своим офицерам и коротким взмахом руки приказал немедленно начинать штурм позиций неприятеля.

Странные вещи вокруг происходят. Вот уж я не думал, что когда-нибудь увижу Центраполис таким. Словно я нахожусь на какой-то другой планете.

Опустив голову и лишь изредка оборачиваясь по сторонам, Виктор, не разбирая пути, бесцельно шёл куда-то вперед. Куда делись прежние: блеск, великолепие и размах этого вечного города? Где неоновые рекламы, дорогие машины и хорошо одетые, сытые люди? Все превратилось в прах. Центраполис лежит в руинах и вместо прежних красавцев-небоскрёбов лишь обгорелые, черные обломки кое-где зловеще возвышаются на фоне абсолютно чёрного, искусственного неба. Теперь это мёртвый город или город-призрак. В нём больше нет жизни, остался только истлевший и непогребённый труп от того, что некогда было столицей всей Земли.

Боже, как хрупко и недолговечно оказывается всё то, что было создано руками человека. С начала войны прошло чуть больше месяца, а мне кажется, что всё то, что было раньше, существовало в лучшем случае в моей прошлой жизни. Неужели человечество ещё с каменного века так долго карабкалось вверх только для того чтобы затем, достигнув вершины, так неожиданно сорваться в пропасть.

Вокруг была мертвая, неестественная тишина и только где-то вдали, сотрясая землю, яростно гремели орудия и рвались авиационные бомбы. Словно два огромных титана за чертой горизонта сошлись в смертельной схватке, за право обладать этой несчастной, умирающей планетой.

Виктор прошёл по пустынным улицам вот уже несколько километров, прежде чем ему на глаза попались, наконец, первые люди. Это была группа где-то из тридцати вооружённых человек, скрывающихся в развалинах зданий. Он подошёл к ним почти вплотную, прежде чем один из них, наконец, обратил внимание на этого странного незнакомца.

— Ты кто такой?

В темноте тотчас раздался щелчок от затвора автомата.

— Моё имя тебе врят ли что-то скажет.

— А ты смельчак. Похоже сегодня одним смельчаком на свете станет меньше.

— Спокойно, — из темноты вдруг раздался ещё один голос. Голос уверенный и властный. Виктор смутно различал того кто это сейчас говорил, но, судя по интонации, это был их лидер, — У тебя, парень, есть выбор — умереть прямо сейчас или вступить в наши ряды.

Несколько секунд продолжалось молчание, после чего, то тут то там, начали раздаваться щелчки других автоматных затворов.

— Что и говорить — выбор небогат. Может хоть скажете за что вы все здесь воюете.

— За нашу старушку Землю.

— Вот оно что — группа сумасшедших. Похоже, я смогу найти с вами общий язык.

— Это ведь ты на Центральной Площади в первый день войны уничтожил двоих фаталоков?

— Может быть.

— В таком случае ты нам подходишь.

Человек из темноты сделал шаг вперёд и тут Виктор в тусклом свете, наконец, смог кое-как рассмотреть его лицо. Странный это был тип: высокого роста, худощавый, с чёрными волосами и такой же бородой. На первый взгляд он показался вполне нормальным и даже интеллигентным, но стоило только повнимательней взглянуть в его глаза, как вместо человека он тут же словно превращался в дикого и хищного зверя. Его чёрные зрачки постоянно задумчиво смотрели куда-то вдаль и вместе с тем они словно пылали огнём чистого фанатизма, гипнотизирующего и подчиняющего всех вокруг своей воле. В руках у него был тяжёлый металлический лом, который он тотчас протянул Виктору.

— Держи… для хорошего бойца это может стать грозным оружием.

Виктор продолжал оставаться на прежнем месте и вместо слов благодарности лишь громко и вызывающе усмехнулся ему прямо в лицо.

— Ты наверно шутишь, приятель? Как я понимаю, ты хочешь чтобы я с этой штукой пошёл воевать с пришельцами, которые, как я слышал, за пол часа уничтожили весь «грозный» Земной флот.

— Здесь важно нанести точный удар и вложить в него всю свою силу. Если повезет, ты можешь пробить лицевое стекло фаталока и разбросать по округе его напичканные электроникой мозги. Правда в девяносто девяти случаях из ста он успевает всадить в тебя половину своей пулемётной обоймы, но остаётся ещё один маленький шанс и он стоит того, чтобы рискнуть жизнью.

— Неужели кроме железных ломов и наивной надежды на победу у вас больше нет никакого оружия?