День мертвых полностью

Услышав громкий топот за спиной, он быстро оглянулся и увидел… Мардер забыл, как зовут этого парнишку, – бывшего ni-ni, теперь работника стеклодувной мастерской; на нем была баскетбольная майка с эмблемой «Лейкерз» и красная налобная повязка, а в руках – пулемет «ПКМ».

Издали донесся рев двигателей, хлопки выстрелов, и над макушкой Мардера зажужжали пули. Он бросил взгляд в конец насыпи. По дороге на всех парах неслась длинная колонна машин, состоявшая в основном из крупных пикапов; с кузова головного по Мардеру вели огонь. Пригнувшись, он ринулся вперед, спрыгнул с насыпи на камни и заскакал с одного на другой, как козлик, подбираясь к поваленному танку.

Лурдес была на прежнем месте, в сеточном коконе, ее кожа почернела от сажи и пестрела кровавыми брызгами. Мардер просунул руку сквозь сетку и дотянулся до запястья девушки. Пульс есть. Засвистели пули, с визгом отскакивая от борта грузовика и от камней.

Он повернулся к парнишке.

– Как тебя звать, muchacho?

– Хуан Беневиста, дон Рикардо, из группы «Дельта».

– Отлично, Хуан Беневиста. Давай сюда свое оружие, а потом дуй со всех ног к сараю за домом. Возьмешь болторез, найдешь санитаров с носилками и вернешься сюда. Патроны не все расстрелял?

– Вообще еще не стрелял, сеньор, – с явным сожалением признался парень.

– Хорошо. Тогда подожди вон за теми камнями, а как я начну стрелять, лети быстрее ветра!

Мардер установил пулемет в тени под нависшим бортом танка. Когда до головного пикапа осталось футов сто, он открыл огонь, прочерчивая зеленые дорожки-трассы от себя к решетке радиатора, потом к лобовому стеклу, потом к людям, сгрудившимся в кузове. Ветровое стекло разлетелось вдребезги, и пикап резко вильнул влево. Одно из колес сошло с полотна и налетело на камень; пикап перевернулся и еще ярдов тридцать проехал кверху дном, оставляя за собой полосу из крови и изувеченных тел. Следующая за ним машина начала тормозить, но ее уже занесло на луже крови, растекшегося топлива и масла. Мардер полоснул по ней короткой очередью, хотя необходимости уже не было: пикап въехал в перевернутого собрата, и пассажиры разлетелись из кузова, словно куклы. Мардер добил тех немногих, кто сумел встать на ноги.

Остаток ударной группы затормозил метрах в тридцати от танка; поперек дороги бросили джип с грузовиком и под их прикрытием устроили отчаянную пальбу. Тут воспламенилось топливо из подбитых машин, и клубы черного дыма скрыли Мардера от нападающих.

Подтянулись бойцы из дома, человек двадцать, во главе с командиром «Дельты» Луисом Арайсой. Он присел на корточки рядом с Мардером и смотрел в сторону вражеских позиций. О стальной борт над ним лязгнула пуля. Арайса хоть и храбрился изо всех сил, но вздрогнул.

– Как дела, Луис? Началось веселье?

– Мы еще ничего не делали. Сидели в доме, мы ведь резерв. Теперь пора, jefe?

– Пора. Вот что я тебя попрошу сделать. Раздели своих ребят на две группы и расставь по обе стороны насыпи. Проследи, чтобы narcos не подослали никого понизу – от дома и с крыши эта зона не простреливается. Нужно удерживать их как можно дальше от дома. Гранаты у вас есть?

– Да, jefe.

– Слышишь грохот? Это ребята из танка пытаются выбраться наружу – их там может быть человек сорок. Пошли кого-нибудь наверх, пусть закинет парочку гранат через вон ту башенку. Прямо сейчас, пока еще дымит.

Арайса с сомнением посмотрел на черную громадину. Снова засвистели пули, зарикошетили от стальных пластин.

– Я сам, – сказал мексиканец.

Пока Мардер прикрывал его огнем, Арайса вскарабкался по борту наркотанка. Прогремело три глухих взрыва, и грохот из кузова прекратился. А потом, в одно из тех странных мгновений затишья, которые не редкость даже в разгар самых ожесточенных перестрелок, до слуха Мардера донесся тоненький пронзительный плач.

Подоспел Хуан Беневиста, взмокший, но с улыбкой до ушей и болторезом. Вернув ему пулемет, Мардер кинулся к передней части танка и кромсал наручники с сеткой, пока наконец не освободил Лурдес. Когда он извлек ее из кокона, девушка стала ощупывать свое лицо. Увидев кровь, она схватилась за волосы, потом заметила сажу – и завыла от горя. Кто-то тронул Мардера за локоть.

– Пропустите нас, дон Рикардо, мы ее заберем.

Это была Росита Моралес в компании еще одной мексиканки. Он припомнил, что женщины сами вызвались на роль санитарок – и вот теперь явились с самодельными носилками. Бережно уложив на них девушку, они укрыли ее одеялом и поспешили обратно к дому.

Дым стал редеть, и тамплиеры сделали несколько попыток прорваться понизу. Они действовали беспорядочно, несогласованно, их легко было остановить, что показалось Мардеру странным: по его прикидкам, за заслоном поперек дороги находилось несколько сотен человек. По-видимому, Скелли не ошибся: sicarios Плайя-Диаманте не подписывались лезть под пулеметный огонь.

Он достал телефон и клавишей быстрого набора вызвал Бартоломео Ортиса – кузнеца и по совместительству командира группы «Альфа», засевшей на крыше особняка.

– Ортис, как обстановка? Что творится на пляже?