Двое Ромео вышли вместе с женщиной в пышном платье с цветами, таща за собой клетчатую тележку из супермаркета. Теперь уже обе в тёмных очках вышли из вокзала и направились к оживлённой улице, по которой я добрался до «Л'Ариан» и конспиративной квартиры. Я последовал за ними. Главная улица находилась примерно в сорока ярдах, и шум машин был почти оглушительным. Грузовики, легковые автомобили и мотороллеры боролись за место на тротуаре в обоих направлениях, разнося выхлопные газы. Ромео остановились примерно на полпути, вытащили из бокового кармана сумки карту и сориентировались. Если они ехали в нужный магазин, то нужно было свернуть на главную дорогу, проехать прямо около четырёхсот ярдов, а затем направо на бульвар Жана XIII. Я ждал у стены, покрытой граффити на французском и арабском языках, нанесёнными баллончиком. Я предполагал, что хорошая новость заключалась в том, что все они трахались с девушками, но не был в этом уверен.
Ромео отложили карту и свернули налево на главной дороге, под железнодорожным мостом, прежде чем перейти дорогу и двинуться на север по правой стороне улицы, может быть, чтобы держаться в тени, а может быть, потому, что им всё равно рано или поздно придётся повернуть направо. Ромео Первый нёс сумку на плече и всё ещё выглядел как кот на раскалённых кирпичах, оглядываясь по сторонам, но так ничего и не увидел. Они проехали мимо рядов дешёвых кафе, банков и магазинов – всего того, что питало восточную часть города, – всё это было очень похоже на бедных родственников их коллег из Канн или центра Ниццы.
С обеих сторон к главной дороге подходили небольшие дороги, и вдоль тротуара торчало редкое дерево. Но вместо травы вокруг была лишь грязь, развеваемые ветром картонные коробки из-под «Макдоналдса», собачье дерьмо и окурки. Следовать здесь было гораздо проще, чем в Монако: во-первых, потому что меньше камер видеонаблюдения, о которых нужно было беспокоиться, и, во-вторых, потому что во всех направлениях двигалось гораздо больше людей. Куда бы они ни направлялись, они явно опаздывали.
Я попытался проверить радиосвязь, но ни от Лотфи, ни от Хуббы-Хуббы не было никакой связи. Я не ожидал, что они будут, но было бы здорово, если бы они были где-то здесь и поддержали меня.
Они пересекли несколько небольших перекрёстков справа, затем остановились на большом, со светофором, ожидая вместе с нетерпеливой толпой, которая всё росла по мере того, как мимо проносились машины и шипели пневматические тормоза. Здесь было гораздо больше смуглых и чёрных лиц, чем в Монако, и двое Ромео не удостоились второго взгляда. Они воспользовались возможностью ещё раз свериться с картой, пока я с особым интересом рассматривал ассортимент матрасов в витрине магазина сосновых кроватей. На следующем перекрёстке, который был перекрёстком, им нужно было повернуть направо, чтобы попасть на улицу Жана XIII. Оттуда нужный магазин находился примерно в трёхстах ярдах вверх по бульвару справа.
Глава 46
Ромео Один всё ещё оглядывался по сторонам, словно ожидая, что небо рухнет ему на голову. Он засиял, когда Ромео Два вернулся к карте.
Загорелся зелёный, и они пересекли дорогу. Я ещё раз проверил радиосвязь, прежде чем последовать за ними. «Алло, всем, это Север. Проверка радиосвязи, проверка радиосвязи».
Ничего.
Они свернули на Жана XIII и на время потеряли из виду. Я ускорил шаг, пробираясь сквозь поток пешеходов, чтобы снова попасть в поле зрения, пока французская и арабская музыка пробивалась из кафе и магазинов дешёвой одежды. Было рискованно делать это так рано, из-за посторонних глаз. Где бы ты ни был, кто-то всегда за тобой наблюдает. Но я должен был туда попасть, я должен был не упускать их из виду, находясь так близко к цели и хавалладе, которую нам ещё предстояло опознать.
Я начал переходить дорогу на перекрёстке с улицей Жана XIII, рискуя в потоке машин. Мотороллеру пришлось вильнуть, чтобы уступить мне дорогу. «Ромео» всё ещё мчались к цели, всё ещё справа. Я перебрался на другую сторону, повернул направо и снова их догнал. Находясь на противоположной стороне дороги, я лучше видел, что они задумали, чем если бы шёл прямо за ними.
В магазинах продавались кастрюли и сковородки, мусорные баки для кухонных отходов и связки ярких пластиковых вешалок для одежды, а Ромео легко общались с ранними покупателями, которые только что запаслись чистящим средством для туалетов и мусорными пакетами.
Сеть ожила. «Это H, поворачивает на бульвар. Проверка радио, проверка радио».
Услышать его голос было для меня облегчением. Я нажал кнопку на своём Sony. «У N справа на бульваре стоят Romeo One и Romeo Two. Они в Café Noir, справа. H, подтвердите». Как только я отпустил кнопку, его Scudo проехал мимо меня.
«У Х есть, у Х есть. Я нажимаю на курок».
Я дважды щёлкнул по нему, продолжая брать Ромео. Они оба сверялись с номерами магазинов справа и слева от них. Мы подошли к небольшому уличному рынку, где продавали фрукты и овощи, и Ромео то и дело исчезали между ящиками с яблоками и дынями.
