Прошло двое суток, как я привел в действие все устройства, пославшие крулосам сигнал к пробуждению. Эти крохотные существа моментально сориентировались в пространстве и указали людям путь к подземным убежищам, где для каждого из них наконец должен был наступить День Откровения. День Откровения наступил для всех интари ставших людьми, кроме пяти человек, чьи крулосы от чего-то не смогли отдать своим телам сигнал к пробуждению. На глобусе, нам с Ольгой было хорошо видно, как двинулись в путь зеленые огоньки.
Наблюдать за их движением сидя за пультом, было очень удобно, но Ольга непременно хотела встретить наших друзей в парке центральной базы, куда выходят двери всех внешних нуль-трансов. Моя Вирати была в игривом, приподнятом настроении и постоянно теребила меня, видя, как я напряжен и взволнован. Ровно в пятнадцать часов я сидел на стуле и на мне был одет обычный комбинезон комсостава, зато эта девица лежала на траве в непринужденной позе и была едва одета.
Она, признаться, и раньше любила шокировать всех своим видом и частенько ставила меня тем самым в неловкое положение. Спорить с ней было бесполезно, так как в ответ она могла выкинуть еще более вызывающий номер и потому я снисходительно отнесся к тому, что она загорала топлесс под искусственным солнцем, лежа возле меня и выбрав позицию как раз напротив того места, где располагались двери, ведущие сразу к нескольким десяткам нуль-трансов. В какой-то момент Ольга, словно невзначай, спросила меня:
– Эд, неужели ты откажешься назвать имя победителя?
Поджидая, кто из нашей команды прибудет на центральную базу первым, она постаралась поймать меня на моей извечной слабости, азарте. До этого, пожалуй, один только старина Эмиил так ловко эксплуатировал мое стремление предугадать какое-нибудь событие и пристрастие к различным шутливым пари. Сделав вид, что не расслышал её вопроса, я отвернулся и стал насвистывать, но Ольга не собиралась сдаваться так просто. Вскочив на ноги она столкнула меня со стула на траву и, присев рядышком, повторила свой вопрос:
– Так кто придет первым, Эдвард, старикашка Эм или все-таки мой братец Кай?
– Из них двоих или из всей компании, дорогая? – Задумчиво ответил я и понял, что все-таки попался в её силки.
Уж теперь она не смогла бы успокоится, пока я не назову главного фаворита в этом удивительном забеге. Так оно и случилось. Быстро подобравшись ко мне, Ольга повалила меня на спину, уткнулась мне в грудь острыми локотками и сказала:
– Разумеется, меня интересует твое мнение о всех участниках забега.
– Ну, тогда я рискнул бы поставить на Эма. – Был вынужден ответить я этой хитрой чертовке и пояснил – У него самая хорошая мотивация, он больше других хочет знать, что из всего этого вышло.
Убедившись в том, что мой азарт по прежнему был при мне, Ольга на этом успокоилась и стала расспрашивать меня о других, не менее важных проблемах. Её в первую очередь интересовало, как я намерен поступить дальше. В тот момент я старался не предугадывать своих дальнейших шагов, пока обстановка не прояснится окончательно. В том случае, если у подавляющего большинства колонистов крулосы возродят единственную и главную личность, то ответ я намеревался искать у главного аналитического компьютера – Большого Мозаичного Мозга – нашего Великого Бемми и был намерен в первую очередь выполнить наш древний план.
В том же случае если все произойдет так, как и у нас с Ольгой, а компьютер станции наблюдения найдет путь к Интайру, решение должно было быть принято сообща. И лишь в том случае, если старикан Бемми не найдет Интайр во Вселенной, а его заблудившиеся в пространстве жители окажутся подобными нам, я первым делом намеревался потребовать от членов административного совета подтвердить свои полномочия главного гражданского администратора и уже потом думать о том, какое мне следовало принять решение.
В этом случае я знал наверняка, какое решение приму. Но я ни в коем случае не хотел говорить об этом Ольге, а с некоторых пор ей уже не могли помочь телепатические способности. После некоторых размышлений о природе телепатии, я научился выстраивать весьма прочную защиту против несанкционированного вторжения в свое сознание и Ольга ничего не могла с этим поделать. Зато, зная меня, как облупленного, она беззастенчиво использовала все мои слабости, чтобы узнать какие планы я вынашиваю.
