Коммандос тщательно прочесали окрестности и собрали все до единой мины, телекамеры и прочие сигнальные устройства, которых набралось на два больших грузовика. Все это добро было загружено внутрь шахты, чтобы от этих подарков не пострадали люди, случайно оказавшиеся в этих горах. Такая подчеркнутая щепетильность Трибунала, давно уже стала предметом обсуждения в правоохранительных органах, которым после экзекуции не оставалось никаких материальных следов деятельности преступников. Как правило, от тайных убежищ террористов, наркодельцов и прочих преступных элементов, не оставалось ничего, кроме мелкого крошева обломков и пыли, что наводило многих на грустные мысли по поводу судьбы самих преступников.
К пленникам террористов, которые были точно так же как и они парализованы станнерами, отношение было почти такое же, как и к самим террористам и отличалось только тем, что им на руки никто не надевал наручников. Правда, им в несколько большем объеме оказывалась первая медицинская помощь, но это только потому, что они, после долгого заточения, нуждались в ней. Космобот, на борт которого, после тщательной проверки, были погружены носилки с этими бедолагами, стартовал первым и направился через Карачи к Эр-Рияду.
В Карачи был выгружен неподалеку от собственного дома майор Захриди, которого Трибунал счел скорее жертвой своей преданности генералу Саидшаху и его семье, нежели неисправимым злодеем и преступником. Остальные же пленники были доставлены в один из городских скверов Эр-Рияда, где они вскоре были обнаружены, якобы, случайным прохожим и были немедленно переправлены в госпиталь. В это же время один из космоботов произвел посадку возле деревушки, население которой и армейский пост, были убиты террористами.
Трупы жителей деревушки и солдат были аккуратно погружены в трюм грузового космобота и куда-то отправлены. В этих действиях Джейн не видела абсолютно никакой логики, но задавать вопросы не стала, считая, что для этого еще не пришло время. На какое-то мгновение у нее мелькнула мысль, что, возможно, этих людей еще можно вернуть к жизни, как это уже не раз случалось с некоторыми другими людьми, но это показалось ей совершенно невероятным. Одно дело, когда в госпитали Института Человека, разбросанные по всему миру и оснащенные совершенно фантастическим оборудованием, доставляли людей, получивших смертельные ранения, таких пациентов медики Института Человека, говорят, вытаскивали буквально с того света, но это были все-таки еще живые люди и совсем другое дело пытаться вернуть к жизни людей, чья жизнь оборвалась почти сутки тому назад.
Космоботы по очереди спускались к центральному входу в шахту из которого коммандос, превратившиеся в санитаров, выносили на пластиковых носилках, снабженных антигравами, обнаженные тела террористов и бережно грузили их на борт космоботов. Джейн было странно видеть такую заботу о преступниках, но это не вызвало удивления у остальных контролеров, к тому же и она сама, видя эти обнаженные тела, уже не относилась к ним как к опасному врагу. Наоборот, вид этих, потрепанных жизнью людей, вызывал у нее чувство жалости, а не ненависти и презрения, после того, как она вспомнила какими крепкими, загорелыми и красивыми были тела друзей Эда и Ольги. Похоже, что жизнь у этих типов была не сладкой, если судить по рубцам шрамов, покрывавшим их тела.
После того, как в космобот был погружен последний террорист, Эд Бартон отдал приказ всем грузиться на космоботы и срочно покинуть место экзекуции. С высоты нескольких сотен метров, Джейн увидела, как в шахте были подорваны странные заряды, которые заставили зашататься чуть ли не всю гору. После этого взрыва, уже никто не мог попасть на базу террористов, так как буквально все штольни и штреки шахты просели. Не было ни оглушительного грохота взрыва, ни языков пламени и лишь не очень сильный сейсмический толчок, вызвавший камнепады и обвалы по соседству, был его следствием. Экзекуция Всемирного Антикриминального Трибунала, закончилась и космоботы стремительно двинулись на север.
