Замолкли генераторы, лишившиеся притока кислорода, но винт продолжал вращаться - теперь его питали аккумуляторы, накопившие достаточный запас энергии. Глубина безропотно принимала подводную лодку, даруя ей укрытие, но Владимир Шаров, буквально нутром чувствовавший, как усиливается давление на корпус субмарины, понимал, что любая ошибка может прервать их поход. Под килем - настоящая пропасть, тысячи метров ледяной тьмы. В этой части океана глубины в шесть-восемь километров были не исключением, а нормой, и не раз случалось, что подлодки, из-за ошибки ли тех, кто их строил, или тех, кто управлял ими, буквально проваливались во мрак, превращаясь в могилу для своего экипажа, для которого не было спасения.
- Сбавить ход до трех узлов, - продолжал командовать старший помощник. Шаров не вмешивался в его действия, отдавая так дань уважения опытному подводнику. - Тишина в отсеках!
Сирена взвыла, тревожно, нервно, и смолкла, а вместе с ней стихали и все звуки в тесных отсеках "Усть-Камчатска". Субмарина, сбавив ход, буквально повисла в толще воды, замерев, затаившись. Свободные от вахты моряки застыли, боясь даже слишком громко выдохнуть. Где-то рядом, над головами, был враг, который искал их, чтобы уничтожить, и был намерен довести начатое до конца.
- Нельзя сейчас подставиться, никак нельзя, - произнес Владимир Шаров, которого мог слышать каждый из находившихся в центральном посту моряков. - Половина пути позади, тысячи миль водной пустыни. И мы обязаны пройти его до конца. Мы столько раз обманывали врага, уходили от преследования, что сделать это еще раз совсем не сложно.
- "Пиндосы" только собираются с силами. Акустик докладывает о контактах каждый несколько часов, - заметил старший помощник. - Похоже, они стянули в эти воды целый флот. Предугадать, какой маршрут мы выберем, не сложно, запасы топлива не безграничны, их как раз хватит, чтобы кратчайшим путем добраться до побережья Штатов. Так что для нас, похоже, проблемы только начинаются.
- Они упустили нас возле японских островов, хотя там все условия были на руку врагу. Здесь, в открытом океане, найти нашу подлодку стократ сложнее. Мы должны дойти!
- А что будет потом, когда доберемся до цели?
- Главное - подобраться поближе к американскому побережью. После того, как высадим диверсантов, мы уже никого не будем интересовать.
- Я знаю, что это дорога в один конец, с самого начала знал это, - настойчиво произнес старший помощник. - Но все же хотелось бы дожить до победы.
- Думать о спасении своих шкур будем потом, - помотал головой Шаров. - Сперва доставим парней на твердую землю.
Капитан "Усть-Камчатска" указал на одного из "парней". Тарас Беркут, командир диверсионной группы партизан, вошел в центральный пост. Несколько моряков разом оглянулись, так что блики светящихся мониторов скользнули по их оцепеневшим от напряжения лицам. Партизан тяжело дышал, будто после марш-броска, его грудь под тельняшкой вздымалась, а лицо лоснилось от пота. Наверное, опять отжимался до потери сознания в своей тесной каютке, подумалось Владимиру Шарову.
- Что происходит? Нас обнаружили?
- Возможно, - пожал плечами Шаров. - Радиометристы обнаружили работу чужой РЛС. Где-то рядом патрульный самолет, скорее всего. Мы в полутысяче миль севернее Гавайев, у янки там полно военных баз. Затаимся на глубине, переждем. Мы и так далеко забрались. Прорвались мимо Сахалина, проскользнули через американские противолодочные рубежи, обидно будет нарваться здесь, в открытом океане.
Беркут непонимающе тряхнул головой:
- Как нас можно найти с помощью радара? Это же подводная лодка!
- Не "подводная", а "ныряющая". Мы не можем постоянно находиться на большой глубине, как АПЛ. Гребной винт приводится в движение электромотором. Энергию для него можно получать из аккумуляторных батарей, но емкость их ограничена. Под аккумуляторами "Варшавянка" может пройти три сотни миль, имея возможность маневра по глубине. Это много в масштабах, например, Балтики или Черного моря, а лодки проекта 877 для закрытых морей и создавались. Мы же должны преодолеть несколько тысяч миль, поэтому идем почти постоянно под РДП, это устройство, по которому подается атмосферный воздух с поверхности, точнее, кислород, который питает дизельные генераторы, вырабатывающие энергию, как для главного электродвигателя, так и для зарядки аккумуляторов. Дальность хода возрастает до шести с половиной тысяч миль. В таком режиме мы и идем почти от самого Сахалина, но из-за этого вынуждены держаться на перископной глубине. Головка "шноркеля" - достаточно крупный объект для того, чтобы обнаружить его с помощью РЛС. Но на ей установлен приемник станции предупреждения об облучении, так что мы вовремя успели погрузиться.
- И что теперь будут делать пиндосы?
Вместо капитана ответил старший помощник:
