Японская субмарина, также сбавив ход до минимума, снова замерла, повиснув в толще воды, точно запутавшаяся в паутине букашка. Она будто перестала существовать, перемещаясь в другое измерение, но продолжив впитывать приходившие извне шумы и пытаясь вычленить в неумолкающем «голосе океана» те звуки, которые могли быть произведены механизмами чужой субмарины. Обе подводные лодки затаились, будто терпеливые хищники, выжидающие, когда у противника не выдержат нервы и он выдаст себя, подставившись под удар.
— Отдать антенну ГАС! — скомандовал Тэндо Накамура.
Кабель буксируемой антенны выскользнул из туннеля на «хребте» подлодки «Юдзисио», вытянувшись позади нее. Размещенные на конце многометрового «хвоста» гидрофоны находились вне акустического поля самой подлодки, работая без помех. Но японский акустик, несмотря на все уловки, продолжал слышать только рокот лениво ворочавшихся волн, в который порой вплеталось «пение» проплывавших в стороне китов.
— Может, они уже ушли? — лейтенант обернулся к капитану Накамуре.
— Они здесь, совсем рядом! Эти русские подлодки «Кило» почти такие же тихие, как наши! Приказываю подняться на перископную глубину, выдвинуть радиоантенну!
«Юдзисио» рванулась к поверхности, продувая балластные цистерны. Тонкий штырь антенны коротковолновой радиостанции взрезал поверхность воды, испуская радиоволны. Через минуту срочное сообщение приняли в штабе Морских сил самообороны в Йокосуке, а еще через десять минут сразу три японских эсминца, меняя курс, «на всех парах» двинулись к берегам Хоккайдо, спеша замкнуть кольцо вокруг чужой подлодки. Их капитаны, не желая терять ни минуты времени, почти одновременно отдали команду на взлет палубным вертолетам «Си Хок».
— Погружение до пятидесяти метров! — приказал тем временем капитан Накамура. — Откуда бы ни взялись здесь русские, я хочу всадить в них свои торпеды!
Продолжая двигаться с минимальной скоростью, японская подлодка снова опустилась на глубину, продолжая свою охоту. Буксируемая антенна гидролокационной станции за ее кормой чуть извивалась, продолжая впитывать окружающие шумы.
А «Усть-Камчатск», тоже погружаясь, продолжал опускаться к самому дну. Резиновое покрытие, обтягивавшее объемный корпус от носа до кормы, глушил все шумы, но несмотря на это несколько десятков человек на ее борту продолжали разговаривать не иначе, чем громким шепотом. Только дизельные генераторы продолжали негромко «ворчать» в машинном отделении, приводя в движение и гребной винт, заставлявший подлодку двигаться едва ли не со скоростью пешехода.
— Нужно убираться отсюда, — предложил старший помощник. — Японцы наверняка вызвали подмогу. Стянут сюда все силы, обложат нас со всех сторон!
Владимир Шаров, которого от напряжения колотило мелкой дрожью, упрямо мотнул головой:
— Ждем! Как только дернемся, получим торпеду в борт. Японцы рядом, я их нутром чую!
Поединок подлодок напоминал дуэль двух слепцов. Их гидролокаторы работали в пассивном режиме, а шумность обеих субмарин была такой низкой, что они оставались неслышны даже на расстоянии считанных десятков метров. Это был поединок нервов, которые сейчас у каждого звенели, будто туго натянутая струна, грозя вот-вот лопнуть от напряжения. Командир «Усть-Камчатска» понимал, что старпом прав, и каждая минута сокращает их и без того ничтожные шансы на прорыв. И, наконец, он решился:
— Увеличить скорость до шести узлов! Пятый и шестой торпедные аппараты зарядить приборами акустического противодействия!
Электромоторы принялись раскручивать гребной винт с удвоенной силой, проталкивая подводную лодку сквозь толщу морской воды. Шум, почти неуловимый человеческим ухом, коснулся антенны гидролокатора японской субмарины, и акустик «Юдзисио» тотчас взволнованно сообщил:
— Подводная цель по пеленгу один-два-пять!
— Сонар в активный режим! Определить дальность до цели!
Носовая антенна гидролокатора AN/ZQO-5B испустила акустический импульс, коснувшийся корпуса русской подлодки и, точно мячик, отскочивший от стенки, вернувшийся назад, чтобы превратиться в четкую отметку цели на мониторе.
— Дальность семнадцать кабельтовых! Цель на глубине ста двадцати метров!
— Выпустить торпеды!
Крышки торпедных аппаратов, расположенных по американскому образцу, побортно, в средней части корпуса, отошли в стороны, и торпедные трубы «Юдзисио» буквально выплюнули две «сигары» тяжелых торпед «Тип-89» навстречу русской подлодке. Но прежде, чем их акустические системы наведения захватили цель, из балластных цистерн «Усть-Камчатска» вырвался поток пузырьков воздуха, превратившийся в стену, о которую бессильно разбились импульсы маломощных сонаров.
— Выпустить ложные цели! — скомандовал Шаров, не дожидаясь, пока рассеется газовая завеса. — Пятый и шестой торпедные аппараты — пли!
Два самоходных имитатора «Корунд», покинув тесноту труб торпедных аппаратов, ринулись в разные стороны, заставляя японских акустиков терять драгоценные мгновения на то, чтобы определить положение настоящей цели.
— Курс триста десять! Продуть балласт, всплыть до отметки пятьдесят метров! Самый полный вперед!
