Харченко вспомнил как он, будучи молодым летёхой ел доширак в маленьком подмосковном отделе полиции, сразу после выпуска из юридического, и его передёрнуло. И вот по прошествии всего десяти лет он стал королём этого города. Ещё недавно он стриг элитные рестораны и торговые сети, а теперь перешёл на новый уровень.
Банкиры — это сладкое слово родилось в сознании и едва не сорвалось с уст полковника. После кризиса и пандемии, кое кто из них решил объявить себя банкротом, при этом оставив деньги клиентов себе. И Харченко оказался человеком способным помочь им разрулить проблемы с законом.
Потерять пару бумажек тут, кое где переправить цифры в финансовых отчётах там, и всё, уголовное дело развалилось или легло в самый дальний ящик, и за эти маленькие одолжения на заграничный счёт падала пара, тройка вечнозелёных миллионов. А иногда его удачливость била через край. Недавно ему удалось прищемить яйца очень богатенькому буратино и тот отдал почти всё в замен на свободу и возможность свалить за кордон.
Он знал, пройдёт ещё лет десять, и Харченко сядет на место шефа, обрастёт связями и навсегда впишет своё имя в московский бомонд. А потом можно стать политиком или уйти в большой бизнес.
Нет, надо срочно взять больничный, заказать частный чартер и на недельку вывести Алису на тёплые острова.
Внезапно в кармане костюма завибрировал телефон. Аккуратно достав гаджет Харченко посмотрел, кто посмел его побеспокоить во время начальственной мозгоёбки и зло оскалился.
Звонил его преданный заместитель майор Селиванов. Сбросив вызов Харченко набрал короткое сообщение.
«Федя, ты задрал. Я на совещании».
Ответ пришёл незамедлительно:
«Командир не бычь. Опять сработала сигналка. Ты сам сказал сразу звонить».
Прочитав сообщение Харченко сжал зубы и принялся быстро набирать.
«Не дёргайся. Скорее всего снова муха пролетела или электричество вырубали. Через двадцать минут у меня в кабинете. И возьми своих дуболомов, на всякий случай».
«Оружие брать?»
Харченко на пару секунд задумался.
«Да, но только не табельное».
— Так! А полковнику Харченко кажется неинтересны доклады коллег?! — Неожиданно громко провозгласил седой генерал, седевший во главе длинного стола.
Полковнику пришлось вскочить, и встав по стойке смирно, с укором посмотреть на картинно недовольного начальника.
— Никак нет Семён Александрович. Просто по делу подмосковного банка развития пришли документы. Надо бы их срочно просмотреть.
Взгляд полковника и упоминание правильного банка подействовали, генерал изменился в лице и скорчив серьёзную рожу закивал.
— Да-да, понимаю — это важно. Если дело срочное, то можете идти. А вечером мне лично обо всём доложите.
Харченко кивнул, и сунув стопку бумаг в брендовый портфель стоимостью в пять тысяч евро, быстро вышел из кабинета.
Вот старый козел, сразу врубился что речь о деньгах — подумал он и направился в сторону своего офиса.
Через пару минут Харченко достал из сейфа планшет и вошёл по удалёнке в локальную сеть охранной системы хранилища. Как только на экране появились изображения с камер наблюдения, в кабинет вломился запыхавшийся Фёдор Строев.
Приказав кому-то чтобы ждали снаружи, Майор зашёл за спину начальнику, и уставившись на быстро пролистываемые картинки, спросил:
— Ну что там командир?
— Скорее всего сбой в электросети. Внешний охранный контур запитан с индивидуальных бесперебойников, картинка идёт непрерывно. Датчики движения тревогу не поднимали, а вот камеры в самом хранилище вырубились.
— Так что будем делать? Ждать, когда само включится, или смотаемся на всякий случай? — осторожно поинтересовался Строев, явно не желавший лететь через пробки на другой конец города.
Подобные тревоги случались пару раз в неделю, так как внешняя система была чересчур чувствительна. Иногда срабатывали датчики движения или камера на крыше врубалась от пролетевших мимо птиц. Камеры внутри хранилища Харченко устанавливал вместе с Федей, из-за этого они периодически глючили и вырубались при отключении тока в жилом комплексе.
— Наверное гребаные ремонтники опять пользовались электросваркой и перегрузили сеть — не выдержав тягучего молчания предположил Строев.
— Извне проникновения не было. С утра на этаж заходил охранник, но сразу свалил, едва глянув на дверь — резюмировал полковник, закончив перематывать запись одной из камер, затем он откупорил бутылку виски и хлебнул прямо из горла.
— Значит отбой? — спросил замерший заместитель.
Харченко уже готов был объявить отбой, но в этот момент почувствовал странное напряжение, словно витавшее в воздухе. Мурашки побежали по спине, а на затылке внезапно вздыбились волосы.
