Несколько секунд ничего не происходило, если не считать какую-то тщательно скрываемую суету на втором этаже УВД. Олег, наблюдавший за всем через прорезь прицела, был уверен, что в его командира целятся не меньше десятка стволов. Если что-то пойдет не так, если у кого-то в осажденном «главке» просто сдадут нервы, шансов у полковника просто не будет. Но вместо выстрелов из темного проема окна раздался зычный голос:
— Я выхожу! Скажи своим, чтоб не дурили!
Сперва на крыльцо вышли двое, державшие в руках тяжелые штурмовые щиты из титана, способные остановить автоматную пулю, а затем из-за их спин появилась еще одна фигура. Рослый, крепко сбитый челочек в полицейской форме спустился по засыпанным осколками ступеням, спокойно двинувшись навстречу Басову.
Старший лейтенант Ярослав Васильев потянулся, сцепив ладони в замок, и услышав, как хрустнули суставы. Посмотрел на часы, висевшие под потолком помещения дежурной части, убедившись, что до конца смены остается еще больше часа.
— Яр, пойдем, покурим, — предложил сидевший рядом старшина, оторвавшись от заполненного мелким почерком журнала.
— Сигареты кончились. Крайнюю полчаса назад выкурил!
— У меня есть! — Старшина вытащил из кармана пачку «Мальборо» в подтверждение своих слов.
Утро в дежурной части городского управления полиции было всегда спокойной порой. Дебоширы и искатели приключений часам к пяти обычно находили, что искали, и либо уже сидели в «аквариуме» здесь, в участке, либо забивались в какие-то норы, отдыхая от ночных похождений. Движение на улицах почти отсутствовало, так что ДТП тоже случались крайне редко. И потому дежурные отчаянно скучали, из последних сил пытаясь побороть сон. Несколько минут на свежем воздухе могли помочь. Но стоило только Васильеву оторваться от кресла, накидывая бушлат, как пронзительно зазвенел телефон.
— Дежурная часть, — привычно произнес полицейский в мембрану. — Слушаю вас.
— Приезжайте скорее! Я с собакой вышла, вижу, в автомастерской какие-то люди с оружием! Их там человек десять точно! А сейчас за ними машина пришла!
— Где вы находитесь? — насторожился Ярослав. Судя по голосу звонившей лет немало, и это не было похоже на розыгрыш.
— Проспект Мира. Тут большая мастерская у гаражей.
— Я понял! Мы выезжаем!
— Что за дела, — нахмурился слышавший все старшина. — Банда завелась?
С уголовщиной в городе и окрестностях покончили еще давно, и это было заслугой распущенной нынче дружины. Тогда новоявленных «махновцев» просто стреляли на месте, без лишних разбирательств, жестко пресекая попытки криминала устанавливать свои порядки. Безвластие закончилось, но вместе с ним ушли и чрезвычайные меры, и кое-где снова появлялись банды, разжившиеся оружием, понимавшие, что пощады не будет, и потому действовавшие дерзко и жестоко.
— Всем патрульным экипажам в районе Проспекта Мира, прием, — произнес Васильев в микрофон рации. — Следовать к автосервису у гаражного массива. Вероятен захват. До десяти подозреваемых, вооружены!
В груди старшего лейтенант что-то защемило, какое-то недоброе предчувствие не давало ему покоя, а чутью полицейский доверял еще с тех пор, когда служил в ОМОНе и поехал в свою первую командировку в Дагестан.
— Грачев, — крикнул Васильев, высунувшись из дверей дежурной части. — Грачев, поднимай своих! Есть работа!
Командир группы немедленного реагирования не мешкал. Пятеро полицейских бросились в ружпарк, быстро разобрав автоматы, экипировавшись «по-боевому», в бронежилеты и каски. Когда они пробежали мимо дежурной части, грохоча тяжелыми ботинками, придерживая висевшие на плече «Калашниковы», Васильев лишь тяжко вздохнул.
— Тоскуешь по былому? — понимающе спросил старшина.
Обидно все получилось. Год назад, во время крайней командировки, прочесывали по наводке лесополосу и нарвались на засаду. Информатор, сука, на «духов» работал, вот и подставил нас. Двоих наших наглухо, а у меня у самых ног ВОГ взорвался. И, знаешь, ни царапины, только осколок в колене засел. До сих пор там. Вот и списали меня, да и правильно, какой мне ОМОН теперь, калеке.
Васильев рассказывал все это без лишних эмоций, повторяя свою историю, наверное, в сотый, а может и в тысячный раз, объясняя, почему он, крепкий, еще довольно молодой, не патрулирует улицы, а отвечает на телефонные звонки, сидя в тепле и уюте.
— А что с засадой? — поинтересовался старшина. — «Духи»-то ушли?
— Положили их всех, в километре от границы. Восемь человек. Половина — пацаны сопливые. Никто не ушел. Их в общую могилу, а меня — сюда. Теперь сижу вот, салом зарастаю.
На заросшего салом старший лейтенант Ярослав Васильев похож, в прочем, не был. Рост без малого два метра, хоть сейчас в баскетбольную сборную, девяносто килограммов живого веса, и не жир — мускулы, перекатывавшиеся под тканью форменного кителя. Возможно, он и был немного тяжеловат, и не смог бы прыгать полчаса подряд, размахивая руками и ногами, точно какой-нибудь шаолиньский монах, но зато был способен вырубить противника одним ударом, и хорошо, если не насмерть.