— Мне что, еще метлу тебе найти? — скривилась баронесса. — Знаешь… может, все же, сдать тебя Магистерию? Там тебе и метлу найдут, и костер организуют.
— Нет-нет, — испугалась Рая. — Не надо Магистерию! Я все сделаю!
— Тогда до встречи через четыре дня. А это, — девушка подняла с пола корзину. — А это я заберу, чтобы у тебя не было соблазна сбежать. Верну-верну, не переживай. Кстати, пироги-то настоящие?
— Самые настоящие, не сомневайтесь, госпожа! — заверила ведьма.
— Тогда с тебя еще и пирог. До встречи!
Перед возвращением в замок, странница заглянула в ломбард, оценить гарнитур, отданный в уплату Ульрацией. Подозрения, что лю Ленх продешевила с ценой, переросли в уверенность. Столько беготни из-за жалкой сотни дукатов! Скупщиком оказался уже знакомый легату гном — тот самый, из «Ржавой подковы», в сине-зеленом килте с баронской цепью. В отличие от знати людской, знать карликов не гнушалась работы.
Храбрец смотрел на Талагию, сосредоточенно наморщив лоб, пытаясь припомнить, где же видел ее… так и не вспомнил. Похоже, набрался в тот вечер достаточно. Впрочем, на бородатом лице не было ни синяков, ни ссадин, что указывало на то, что побоища удалось избежать.
— О, еще украшения лю Матогры! — со знанием дела произнес гном. — Только тебя, милочка, я раньше не видел… обычно драгоценности приносит ее слуга — Гук. Неужто, у старой карги дела пошли в гору и она завела новую прислугу?
— Какая тебе разница, как оно у меня оказалось? — пожала плечами девушка. — Сколько дашь?
— Это как посмотреть, — вздохнул скупщик. — Разница есть. Если вещи краденные — даже связываться не буду. Свенкулахдарастин дорожит своей репутацией! Почем я знаю — может, старина Гук лежит где-нибудь с пробитой головой, а ты здесь, пытаешься втюхать мне ворованное золотишко?
— Скажем так, Свенкулахдарастин — Гук расплатился со мной украшениями за одну услугу…
Что бы там себе карлик не думал, но после того, как путешественница назвала его полным именем — мнение ювелира о посетительнице сразу выросло. Обычно имена гномов, длинные и труднопроизносимые, сильно сокращают, что самому подгорному народу крайне не нравится. Для них имя — нечто большее, чем для человека, эльфа или орка. Каждая буква имени соответствует какому-либо подвигу, совершенному карликом, то есть чем старше бородач — тем длиннее имя. Если, конечно, он не отсиживался где-нибудь в пивной, хотя и там можно совершить значимый поступок. Чего, скорее всего, и добивался гончар.
— Судя по цене, — усмехнулся Свен, взвешивая в руке драгоценности. — Судя по цене, услуга была не одна. Или ты подруг приводила? Как у старика здоровья-то хватило?
— Зубоскалить будем, или торговать? — прошипела воительница.
— Ладно, дам тебе дюжину квинтариев, — снисходительным тоном произнес скупщик, готовясь убрать приобретение в ящик.
— Шестьдесят дукатов? — возмутилась баронесса. — Всего-то?
— А ты что, мозолей себе там натерла? — удивился ювелир. — Ладно, накину еще квинтарий.
— Мало.
— Да кто еще в Матогре даст тебе такую цену? Восемьдесят — мое крайнее слово!
— Верни-ка обратно, — вкрадчиво проговорила странница, протянув ладонь.
— Хорошо — сто… мало? Полдюжины тетраквинтариев, но больше — точно не могу! — взмолился карлик.
— А кто тебе вообще сказал, что я собираюсь продавать? — улыбнулась лю Ленх. — Может, я сама носить буду? А к тебе зашла — так, прицениться. Насколько я дороже буду стоить, если на мне ничего, кроме этих украшений не будет?
— Глупышка, тебе же горло перережут за них! Полторы сотни!
Талагия была под впечатлением! Сколько же в самом деле стоил гарнитур, если бородатый скряга за десять минут поднял цену более, чем в два раза — до ста пятидесяти золотых? Значит, в столице можно смело начинать торговаться с трехсот дукатов. Не то, чтобы путешественнице не хватало денег — Триумвират с лихвой покрывает все расходы. Но лишняя монета в кармане никогда не помешает.
С огромным сожалением, едва не плача, Свен отдал драгоценности посетительнице. Сделка не состоялась.
Уже у порога легата догнал отчаянный крик:
— Двести! Но это уже грабеж!
Интересно, какие цены скупщик давал Гуку? Гномий барон — уже, как минимум, один, кто будет сожалеть, когда новый владелец вышвырнет старуху из ее жилища. Такая торговля накроется!
В замке гостью ждал еще один приятный сюрприз. Сенешаль буквально вылизал ее комнату до блеска. Даже очень привередливый взгляд не смог бы обнаружить ни единой пылинки. А еще отремонтировал окно, почистил дымоход и заменил постельное белье. Пусть не совсем новое, но чистое, от которого не пахло затхлостью и плесенью. На кровати лежала, аккуратно свернутая, сухая одежда Талагии.
Удивил и ужин. Теперь на столе появился гусь, фаршированный яблоками, истекающий жиром, картофельное пюре, обильно окропленное зеленым луком и укропом, с кусочком масла, расплывающимся талой желтизной. Был даже десерт с воздушным кремом! А вместо кислого вина — тягучий, чуть горьковатый биттер.
