В ужин особым успехом пользовались мясо и рыба, приготовленные на мангале. Этим видом кулинарного искусства увлекся Слава. После работы он проводил время в симпатичном открытом домике в конце сада, как мы называли — в «барбекюшной», сначала колдовал над огнем, потом готовил решетки, потом уже брался за мясо. В этом ему помогал Виталий, а позже подгребал папа Гена. Пока мясо (или рыба) доходило, они душевно за легкой беседой распивали пивцо, ящик которого закупал большой специалист Слава. В моем фильме эта сцена шла со словами: «Угощайся, отец!» Отец с удовольствием угощался. К мясному блюду Ольга обязательно добавляла подрумяненные на решетке мангала кусочки лаваша с сулугуни и кинзой, их любили все, включая малышей.
Естественно, что за ужином мы не уставали прославлять поваров. Мужчинам так понравилось готовить эдакие блюда, что они вошли во вкус и в подарок ко дню рождения Гены приобрели казан для плова. С этих пор жареные блюда уступили на время место плову, а потом и тушеному мясу с овощами. Приготовление начиналось задолго и шло постепенно: изучение рецепта, выбор и покупка ингредиентов, нарезка их, оформление огня, постепенное (строго по рецепту) заполнение казана, помешивание, снятие проб, обсуждение вкусовых качеств, добавление и корректировка… Все это сопровождалось медленным, прямо каким-то чувственным распитием пива…
Посторонним лучше было находиться вдалеке, не задавать вопросы:
— Скоро будет готово? Скоро сядем за стол?
И не восклицать:
— Очень кушать хочется! Уже поздно, скоро спать пора! В ответ звучало:
— Не торопите. Мы делаем строго по рецепту.
Но еда в результате, надо признаться, каждый раз была выше похвал.
— Мальчики, вы молодцы! Какая вкуснота!
— Лучше прошлого?
— Чего прошлого? Все вкусно. И сегодня, и вчера, и два дня назад.
За длинный белый стол на светлой двухэтажной просторной веранде усаживалась оголодавшая шумная компания, раскладывали салатик, горячее, разливали по бокалам вино, и начиналось ежевечернее оживленное действо. В процессе его даже озабоченная работой Рита раскрепощалась, веселела и шутила со всеми. Дети, наевшись, включали музыку и плясали…
— Ребята, а вы в магазине были в масках?
— Бабушка, это только вы ходите в общественных местах без маски, хотя я вам дал несколько.
— Гена, когда я с тобой поеду в город, обязательно надену сразу три.
— Я еще посмотрю, брать вас или нет, вы в группе риска.
— Мне же надо встретиться с издателем, ты что?! И цветы полить.
— Ладно, только из дома никуда не выходить. Я несу за вас ответственность.
По вечерам исправно работал игорный клуб. Трое мужчин и я играли в преферанс. Играть садились после ужина, после девяти и сидели до двенадцати часов, таково было мое условие — после двенадцати моя голова отказывалась соображать. Ребята были не азартные, довольно спокойные, но шутить любили все, поэтому, даже если проигрывали, не унывали. Самым сильным игроком был Гена, он, даже если и не назначал игру, все равно выигрывал. Виталий любил рискнуть, не имея в руках хороших карт, и проигрывал, Слава очень медленно думал, взвешивал варианты, я в это время забывала, какие карты вышли, какие нет, но иногда рисковала объявить мизер и проигрывала. В процессе игры они прикладывались то к чашке чая, то к рюмке коньяка, то к фруктам, то к шоколадкам. Я же после ужина из-за капризов с желудочным трактом в рот ничего не брала, постоянное их жевание и питье меня раздражало. Слава при этом на своей раздаче еще выходил покурить, так что я постоянно злилась то на одного, то на другого. Ровно в двенадцать при любой игре я вставала и уходила, не дождавшись подсчетов результатов. А утром, когда спускалась и смотрела на листок со счетом, выяснялось, что проиграла. Но удовольствие получали все.
Иногда мы всей компанией с детишками играли в настольную игру ОНО, веселую и довольно длинную, частенько играли в слова…
Особо надо сказать о праздниках в это лето.
Первым наступил Первомай с лозунгами «МИР, ТРУД, МАЙ!» Его коллектив встречал успехами в труде: новыми посадками в саду и подведением под крышу Дровяного дворца. Во время ужина я произносила вместо первого тоста традиционный всеми любимый стишок, который помню со школы. Он пользуется успехом у взрослых и детей.
25 мая мы отмечали круглую дату — 35-ю годовщину свадьбы Кати и Гены. К ужину была подготовлена программа. Первым выступил Роберт с большой речью. Разводя руки в стороны, он серьезно размышлял и говорил следующее:
