Моя прогулка продолжалась вверх мимо Чайна-тауна (китайский район), квартала с пагодами, магазинчиками и рыночками, где среди грязи и мусора продаются рыба и веера, зонтики и экзотическая посуда. По соседству расположился Little Italy — итальянский квартал без особых примет, а за ним знаменитый Сохо — квартал художников и богемы на Бродвее. Яркий Бродвей во всю длину Манхэттена, то есть протяженностью 22 километра, пересекает остров по диагонали. В магазинах идет sale (распродажа), на улицах фокусники и кукольники потешают публику, мальчишки раздают цветную рекламную продукцию, на домах сверкают рекламные щиты, вызывающими вывесками украшены многочисленные театры, киношки и увеселительные заведения.
Несколько дальше и в стороне от суеты расположился Гринвич вилидж (Greenwich Village) — респектабельный район с невысокими красивыми домами с эркерами и палисадниками, чуть поднятыми над землей входными дверями, в стиле Новой Англии. В этом районе находятся корпуса университета. Студенты высыпали на свежий воздух, у них сегодня тусовка, идет запись в какие-то семинары и кружки, раздают программы, пластинки, сувениры, обмениваются значками. Начинается учебный год! На одном из столиков я на халяву отхватываю кружку со звездным американским флагом и пластинки с народными песнями.
Хорошо быть студентом, ага!
Полное представление о жизни американцев за последние 300 лет я неожиданно для себя получила накануне в музее Метрополитен. О громадности коллекции этого музея я имела представление, но что там так полно и интересно представлена их собственная страна, не догадывалась. После внимательного осмотра временных выставок, посвященных Пикассо и Дали, прохода по просторным залам достаточно знакомого европейского искусства, полутемным залам музыкальных инструментов: скрипок Амати и Страдивари и клавесинов (!!), когда казалось, что я обошла весь музей, вдруг увидела указатель с надписью «Америка XVIII–XX веков». Ого, надо посмотреть! Кажется, целый этаж.
И вдруг передо мной предстала Америка с интерьерами викторианских домов-усадеб (как тут не вспомнить фильм «Унесенные ветром»!), с одеждой и утварью, сотнями портретов мужчин и женщин, пейзажами страны, скульптурой и зимними садами и бог знает чем еще, что окружало человека на этом континенте в течение более чем двух веков. Америка меня доконала.
Нет, конечно, не доконала, ведь мой визит в эту интересную страну должен был продлиться больше месяца, я много чего должна была еще увидеть и понять. И понять изменения, которые произошли с тех самых далеких времен.
В течение трех последующих дней я перемещалась на машинах моих гостеприимных друзей между ближайшими к Нью-Йорку южными городами — Филадельфией, Балтимором и Вашингтоном. В Нью-Йорке я получила первые впечатления о стране, а в городах я их закрепила.
Эти три города находятся на восточном побережье Штатов, по этому побережью проходит highway — скоростная дорога, по которой с максимальной скоростью, никого не встречая, несутся машины. Регулярно дорога пересекала высоченные мосты тоже с односторонним движением, которые перекинуты через устья многоводных широких рек, впадающих в Атлантический океан.
Как мне объяснили в первый час пути, американские дороги бывают трех видов. Скоростные (highway) федеральные дороги идут вдоль побережья Тихого и Атлантического океанов, пересекают страну в нескольких местах с востока на запад. Другие — межштатные дороги, такие же бетонные highways, движение по ним идет в одном направлении в три-шесть рядов, над ними нависают регулярные развязки. Населенные пункты не видны, они далеко, светофоров нет, мчи вперед! Хочешь съехать, смотри внимательно наверх, через каждые десять километров на транспарантах пишется номер съезда (exit), где и куда на него можно свернуть. На большой скорости главное не зевать, иначе пропустишь свой exit и не сможешь вернуться.
Мои друзья, как правило, жили в парковых зонах на окраинах или на некотором расстоянии от больших городов — это было дешевле и удобней, к тому же у всех американцев был личный транспорт, а вот с рейсовым городским как раз имелись проблемы.
